Кингу:
Иголки, нитки и Талмуд -
Какое счастье для еврея;
Живи и радуйся хирея...
Но... бесу неудобен труд.

Ж-д с неба оЖИДает манны...
Плюёт игриво в интернет,
Соплями мажет белый свет,
И срёт неистово в рунет.
На паперть поданы изъяны,
А манки не было и нет!

Пердя, зализывая раны,
Как отпрыск пейсообезъяны
Почил плюгавенький "поэт".
Обетованный туалет
Явил подобие Нирваны...
Но манки... не было и нет!

К сожалению, Игорь Владимирович Коган не дал нам вразумительного ответа – что же такое сионизм? Вернее, он попросту игнорировал вопрос. Но российский ум пытлив, а характер упрям. Попробуем же сами разобраться в том, является ли сионизм любовью евреев к Израилю, или это нечто большее, чем просто желание обрести землю обетованную и жить в согласии с другими народами и культурами, в частности, ну например, с русским народом и его культурой...
Так будем же терпимы и последовательны в нашем исследовании на эту тему, и постараемся узнать как можно больше – но не сразу, а постепенно.

Итак, начнем, пожалуй, с Владимира Жаботинского (Зеев Жаботинский) основателя и идеолога движения сионистов, создателя Еврейского легиона и организатора обществ “Эцель” и “Бейтар”.

Жаботинский родился в 1880 году в еврейской семье в городе Одессе. В гимназии учился посредственно и курса не закончил, так как, увлекшись журналистикой, с 16 лет стал публиковаться в крупнейшей российской провинциальной газете «Одесский листок».

В начале XX века активно выступал как поэт и переводчик; в его переводах русская публика ознакомилась со стихами крупнейшего еврейского поэта того времени Хаяма Бялика.

Был знаком со многими русскими писателями того времени. Получал довольно часто восторженные отзывы от Горького, Куприна, Короленко. Был близким другом Корнея Чуковского.
Куприн, к примеру, отмечал «врожденный талант» Жаботинского и полагал, что, если бы тот не увлекся сионистской деятельностью, он бы вырос в «орла русской литературы».
В 1904 г. основал ежемесячник «Еврейская жизнь» ( в дальнейшем «Рассвет»), ставший официальным органом сионистского движения в России.
На страницах этой газеты вел ожесточенную полемику против сторонников ассимиляции и Бунда. Являлся одним из создателей Союза для достижения полноправия еврейского народа в России.

В 1906 г. участник 3-й Всероссийской конференции сионистов в Гельсингфорсе; участие в составлении принятой там Гельсингфорсской программы считал вершиной своей сионистской деятельности в молодости.

В 1908—1909 гг. был корреспондентом в Константинополе; в это же время впервые посетил Палестину. По возвращении в Россию начал активную борьбу за утверждение иврита во всех сферах еврейской жизни.
Основал издательство «Тургман» («Переводчик»), выпускавшее произведения мировой классики в переводах на иврит. Издал ряд брошюр по вопросам сионизма: «Сионизм и Палестина», «Недругам Сиона», «Еврейское воспитание» и другие.

Кстати, публицистику Жаботинский писал только на иврите (видимо, эта литература не ориентирована на широкий круг читателей).
В дни празднования столетнего юбилея Гоголя в 1909 г. в статье «Русская ласка» впервые выступил с обвинением, только вдумайтесь, всей русской литературы в антисемитизме.
Что же это за статья, и как бы нам ее прочитать.

Да вот, собственно, и сам текст, взятый со страниц ресурса “История сионистского движения”. http://jhistory.nfurman.com/zion/zion007_31.htm
Предлагаю вашему вниманию.


РУССКАЯ ЛАСКА

…Ко мне постучался презренный еврей…
Пушкин.

И пошло! В учебнике сказано, что тихая стоячая вода может остыть иногда ниже нуля. не замерзая, но достаточно бросить в нее камень, чтобы она мгновенно покрылась льдом. Это часто наблюдается и в делах человеческих. Теперь имеем случай любоваться этим занимательным явлением природы по милости инцидента с «национальным лицом». На днях еще за стыд и срам считалось русскому интеллигенту выго ворить этакое слово без презрительной гримасы, а теперь даже такая заскорузлая, стерилизованная не винность, как «Наша газета», через номер усердно склоняет и спрягает «национальные» словеса. И оказывается, что они, видите ли, всегда дорожили национальными моментами, всегда понимали, что правильное национальное чувство есть вещь безупречнопрогрессивная, и чуть ли не за то, главным образом, и серчали на русское начальство, что оно унижает национальное величие!

Поистине трогательное открытие. Кто подозревал о присутствии такой контрабанды под спудом, а особенно в «Нашей газете», в этом классическом образчике русско-интеллигентской передовитости, в этом бесполом органе строго выдержанного направленчества без направления, в этом щепетильно отгороженном и чистенько подметенном пустом месте, на котором группа тщательно подобранных бесцветностей, не моргая, при всем честном народе смотрит тебе в пуп? Такая была идеальная тихая и стоячая вода, но, видно, крепко прохватило ее окружающей температурой; попал в нее камень, да еще брошенный неумной и, может быть, нетрезвой рукою, – и пошло!
Многих из нас это ошеломило – потому что мы плохие наблюдатели. Конечно, тот тонкий слой, который носит имя передовой русской интеллигенции и задает искони тон в печати, до последнего времени просто не интересовался своей великорусской национальностью, как здоровый человек не интересуется своим здоровьем, особенно когда у него других хлопот полон рот, хата не топлена и сквозь крышу небо плачет.
Сытый кашей каши не просит, особенно когда у самого сапоги просят каши. Но мы, по еврейской нашей склонности подчеркивать и размалевывать, а еще больше по надобности оправдать ассимиляцию, прицепили к этой особенности русского интеллигента бесконечный хвост распространительных толкований. Из настроения, обусловленного только национальной сытостью великоросса, мы сделали чуть ли не элементарную черту его характера: мы шумели на разные лады, что именно русские, не в пример немцу и всякому другому бусурману органически на «это» не способны, что им от роду присуще некое вселенское начало и отменно теплые чувства по всем направлениям, без различия веры и племени.

И, как всегда, мы самих себя гипнотизировали своим шумом и победоносно пролетали мимо самых ярких фактов, не удостаивая на них оглянуться. Даже мимо погромов попробовали сгоряча проскакать без оглядки, свалив всю беду на подстрекателей сверху и «отбросы общества» снизу, как будто оглушительный успех подстрекателей сам по себе не характерен для данной среды, или как будто отбросы не характерны для выделяющего их организма. Но был еще факт, мимо которого мы пробежали с зажмуренными гла зами; и даже не мимо него. а насквозь, проникая внутрь и ничего не замечая, глядя и не видя. смакуя и не чувствуя дегтя, анализируя тонкости и не натыкаясь на оглоблю. Этот факт – русская литература. та самая, что со времен еще Радищева славила свободу и милость к падшим призывала, та самая, что так сильно проникнута идеями подвига и служения? та самая, которая устами своих лучших ни одного доброго слова не сказала о племенах, угнетенных под русскою державой, и руками своих первых пальцем о палец не ударила в их защиту; та самая, которая зато руками своих лучших и устами своих первых щедро обделила ударами и обидами все народы от Амура до Днепра, и нас больше и горше всех.

На днях праздновали юбилей Гоголя, и немало евреев использовали, конечно, этот случай лишний раз «поплясать на чужой свадьбе». Должно быть. в некоторых еврейских училищах черты устроили и еще устроят после каникул гоголевские торжества, учитель русского языка скажет прочувствованное слово, учитель физики покажет в волшебном фонаре картинки из «Тараса Бульбы», а потом ученики или ученицы, картавя, пропоют перед бюстом: «Николаю Васильевичу сла-а-ва». И девяти десятым из устроителей и участников не придет в голову задуматься, какова с нравственной точки зрения ценность этого обряда целования ладони, которой отпечаток горит на еврейской щеке: не придет в голову, какой посев компромисса, бесхарактерности, самоунижения забрасывается в сознание отрочества этим хоровым поклоном в ноги единственному из первоклассных художников мира, воспевшему, в полном смысле этого слова, всеми красками своей палитры, всеми звуками своей гаммы и со всем подъемом увлеченной своей души воспевшему еврейский погром.
Стоило бы, может быть, в честь юбилея тут переписать слишком забытые несколько страниц из того же «Тараса Бульбы». Ничего подобного по жестокости не знает ни одна из больших литератур. Это даже нельзя назвать ненавистью, или сочувствием казацкой расправе над жидами: это хуже, это какоето беззаботное, ясное веселье, не омраченное даже полумыслью о том, что смешные дрыгающие в воздухе ноги – ноги живых людей, какое-то изумительно цельное, неразложимое презрение к низшей расе, не снисходящее до вражды.
Стоило бы процитировать, да не хочется. Все равно, кому нужно усердствовать, тех не остановишь. Нет такой хитрой преграды, чтобы под нею не прополз кабцан, которому дали входной билет погреться у людей на солнышке. И не хочется еще потому, что нет никакой причины останавливаться на одном Гоголе, делать выписки из него и не делать выписок из его братьев по этой великодушной литературе. Чем он хуже их, и чем они лучше?
Веселая картина получится, если взять и на память, не выискивая, не докапываясь, просто, как го ворят репортеры, au hazard подсчитать ласку, что мы видели в разные времена от разных великанов русского художества. Для Пушкина понятие еврей тесно связано с понятием шпион (это в заметке о встрече с Кюхельбекером). В «Скупом рыцаре» выведен еврей-ростовщик, расписанный всеми красками низости, еврей, подстрекающий сына отравить папашу – а яд купить у другого еврейчика, аптекаря Товия. У Некрасова «жиды» на бирже уговаривают проворовавшегося русского купца: «нам вы продайте паи, деньги пошлите в Америку», а сам пусть бежит в Англию:

«На катере –
К насей финансовой матери.
И поживайте, как царр!»
Так говорили жиды –

Слог я исправил для ясности…

У Тургенева есть рассказ «Жид», неправдоподобный до наивности: читая, видишь ясно, что автор нигде ничего подобного не подсмотрел и не мог подсмотреть, а выдумал, как выдумывал сказки о призраках, – и что выдумал, и с каким чувством нарисовал и раскрасил! Старый жид. конечно, шпион, а кроме того. продает еще офицерам свою дочку. Зато дочь. конечно, красавица. Это понятно. Нельзя же совсем обездолить несчастное племя. Надо ж ему хоть товар оставить, которым он мог бы торговать.
По Достоевскому – от жидов придет гибель России. Это, казалось бы, давало жидам известное право на внимание: однако ни одного цельного еврейского образа у Достоевского нет. насколько сейчас могу припомнить. Но если правда, что битый рад. когда бьют и соседа, то мы можем утешиться, припоминая польские типы Достоевского, особенно в «Карамазовых» и в «Игроке». «Полячок» – это обязательно нечто подлое, льстивое, трусливое, вместе с тем спесивое и наглое: и даже те затаенные в польской душе надежды, к которым самый заклятый враг должен отнестись с уважением, о которых сам Бюлов. защищая враждебный полякам закон, говорил недавно в рейхстаге с шапкой в руках. – коробит и вспоминать. какой желчной слюною облиты эти надежды разгромленного народа у тонкого, многострадального автора «Карамазовых».
Чехов? Еврейские критики ужасно любят цитировать из «Моей жизни» мимоходом оброненную фразу, что библиотека провинциального городишки пустовала бы, если бы не девушки «и молодые евреи». Это глубоко трогает еврейских критиков, это им очень льстит, они в этом видят явную агитацию за беспроцентное допущение евреев к образованию. Добрый мы народ, и самая добрая наша черта, это – что и малым довольны…
По существу же был Чехов наблюдатель, не ведавший ни жалости, ни гнева и не любивший ничего, кроме увядающей красоты «вишневого сада»; поэтому еврейские фигуры, изредка по падающиеся в «Степи», «Перекати-поле». «Иванове». написаны с обычным для этого художника правдивым безразличием. И с таким же правдивым безразличием нарисовал Чехов своего Иванова, одного из несчетных Ивановых, составляющих фонд русской интеллигенции, и с таким же правдивым безразличием засвидетельствовал, что Иванов, когда в дурном настроении, вполне способен обругать свою крещенуюжену жидовкой. Но Чехов сам был во многих отношениях Ивановым, русским интеллигентом до мозга костей, и случилось и ему однажды выругаться по адресу жидовки.
Тогда он написал свою «Тину». Это анекдот еще более нелепый и неправдоподобный. чем тургеневский «Жид», настолько пошлый по сюжету, что и двух строк не хочется посвятить его передаче. Где это Чехову приснилось? Зачем это написалось? – Так, прорвало Иванова, одного из несчетных Ивановых земли русской.
Кого еще назвать? Лескова? Н. Вагнера (КотМурлыка)? Из одних имен можно было бы составить длинное стихотворение, как у того французского поэта:

Jeannette, Nine, Alice, Aline, Leda, Julie –
Et j'en oublie…

Ничего в противовес этому списку не может назвать русская литература. Никогда ни один из ее крупных художников не поднял голоса в защиту правды, растоптанной на нашей спине. Даже в публицистике не на что указать, кроме одной статейки Щедрина и одной статейки Чичерина. В беллетристике нечем похвастать, кроме сладенького. нестерпимо-бездарного мачтетовского «Жида», да еще где-то за порогом художества красуется шедевр г. Чирикова. Те из нас. которые малым довольны, восторгаются еще «Судным днем» Короленко, ибо там доказано, что иной хохлацкий шинкарь еще прижи мистее шинкаря-еврея.
Лестно. Если за это полагается мерси, то у Лескова есть гораздо более обстоятельные рассказы на тему о том, что хотя жид и мошенник, но румын еще того хуже. а русский помещик, купец и мужичок тоже не промах по части вороватости… Но ничего настоящего, ничего такого, что если не по силе, то хоть по настроению, по проникновению в еврейскую душу могло бы стать рядом с «Натаном Мудрым» или с Шейлоком, русская лите ратура не дала. Да и зачем такие высокие образцы: рядом у поляков есть Элиза Ожешко, есть знаменитый Янкель из «Пана Тадеуша», написанный Мицкевичем в то самое время, когда Пушкин малевал своего жида Соломона из «Скупого рыцаря»…
Не сомневаюсь: как всегда, найдется где-нибудь газетный пошляк, который во всем этом увидит ненависть к русской литературе. Если это случится, я возражать не буду – надоело спорить с пошляками. возиться с людьми внутренне недобросовестными. которые давно сами знают о своем банкротстве и еще все-таки зазывают бедную публику с ее нищенскими сбережениями к своему подгнившему прилавку. Между прочим, русскую литературу я очень ценю. включая и этого самого Гоголя, потому что литература должна быть прежде всего талантлива, и русская литература – далеко не в пример иным прочим отраслям русской национальной жизнедеятельности – этому условию удовлетворяет.
Но вместе с тем надо помнить, что философию народа, его настоящую, коренную философию выражают не философы и публицисты, а художники, и в данном вопросе характер этой философии для всякого, кто не слеп и не глух, ясен без малейшей двусмысленности. Может быть, мало на свете народов, в душе которых таятся такие глубокие зародыши национальной исключительности. Мы проглядели, что родоначальная страница русской классической драмы – «Горе от ума» – насквозь пропитана обостренным националистическим чувством, до краев полна протестом во имя национальной самобытности, выходками против французско-нижегородской ассимиляции, проповедью «премудрого незнанья иноземцев».
Мы проглядели, что Пушкин в разгаре таланта написал потрясающее по энергии и силе стихотворение «Клеветникам России», где трепещет подлинный нерв того настроения, которое в Англии теперь называют джингоизмом. Мы проглядели, что в пресловутом, и нас захватившем культе «святой и чистой» русской интеллигенции, которая-де лучше всех заграничных и супротив которой немцы и французы просто мещане, – что во всем этом славословии о себе самих, решительно вздорном и курьезном, гулко звучала нота национального самообожания. И когда началось освободительное движение и со всех трибун понеслась декламация о том, что «мы» обгоним Европу, что Франция реакционна, Америка буржуазна, Англия аристократична, а вот именно «мы», во всеоружии нашей неграмотности, призваны утереть им нос и показать настоящее политическое зодчество, – наша близорукость и тут оплошала, мы и тут не поняли, что пред нами взрыв непомерно вздутого национального самолюбия, туманящий глаза, мешающий школьни кам учиться уму-разуму у Европы, у Америки, у Австралии, у Японии, у всех, потому что все их обогнали.
Я говорю только о зародышах. Они еще надолго останутся зародышами. Несмотря на все призывы Струве, великорусскому национализму еще некуда и не во что развиваться, кроме как по черносотенной тропинке, по которой серьезная часть интеллигенции, должно быть, не пойдет. В национальном смысле у великоросса ни в чем нет недостатка, а напротив – в колоссальных доходах, которые приносит ему его национальная культура, большую роль играют инородческие подати, особенно еврейская. Кто сочтет, в какой мере хотя бы нынешние модные книгоиздательства обязаны своим ростом руссифицированному инородческому потребителю, и в первую очередь еврею? Русскому национализму не за что бороться – никто русского поля не занял, а на против: русская культура, бессознательно опираясь на казенное насилие, расположилась на чужих полях и пьет их материальные и нравственные соки. Для развития зародышей нет еще почвы, и она явится только в тот момент, когда среди народностей России подымется национальное движение всерьез, и борьба против руссификации проявится не на словах. как теперь, а в фактическом разрыве с великорусскою культурой. Мы тогда увидим, кто наши могучие соседи и есть ли у них национальная струнка, и тогда, может быть, лучше поймем некоторые забытые страницы из Некрасова, Пушкина и Гоголя.

© Зеев Жаботинский
________________________

Ну и как Вам? Ничего не напоминает? А по-моему параллели с нынешней русофобией очевидны...

Игорь Кинг пишет: как это Вы ухитрились не увидеть здесь подначку? нормальный пацан, на такой вопрос, просто сплюнул бы под ноги вопрощающему и сказал -- а хуле, сам оборотку не боишься получить?


Коган, к сожалению, у меня нет пока возможности сплюнуть тебе под ноги.
Именно поэтому, сидя в Израиле, ты позволяешь себе чернить мое имя.
Если в твоем, еврейском местечке, натравливание одного человека на другого считалось подначкой, то у нас – обычной подлостью и попыткой свести счеты с противником чужими руками. Подобных тебе уродов мы презирали и били смертным боем.
Почему я в разговоре с тобой не позволяю себе таких «подначек»? А ведь у меня есть кое какая информация относительно тебя, Коган. Ты же педофил, не так ли? Тебя ведь судили в Израиле за домогательства к несовершеннолетним? Ты вроде даже отсидел там сколько то за свои богомерзкие похождения. Мне об этом твой еврейский кореш Игорь Панин рассказывал. Тот самый, от которого жена ушла из за его импотенции.
Только не надо визжать на всю Ивановскую, Коган. Правды в его утверждении не меньше, чем в вашей побасенке о том, что я «просил не бить себя по лицу» во время встречи один на один с Бамбино. Встречи, на которую тот завалился с тремя своими подельниками и с которой убежал. С ними же.
Почему же ты позволяешь распространять себе эту заведомую ложь в своем грязном ЖЖ? С чего ты вообще взял, что я говорил такое? Ты что, не читал, посты Ильи Бестужева (кстати, друга Бамбино) в которых тот честно обрисовал всю ситуацию?
Кинг, ты ведь в Москву кажется собирался. Так какие проблемы? Давай встретимся. Ты, Панин, Краснобрыжей. Только и я уже буду не один. Вот и посмотрим, кто из нас будет просить «не бить себя по лицу»…..
Подобным же, скотским образом, ведет себя и Веселый пародист – «Мочалкин» (поверь, узнать его реальную фамилию мне не составит никакого труда) Эта мразь в своей подлости превзошла даже тебя, Коган. В своих «пародиях» «Мочалкин» обвиняет меня в гомосексуализме, причем делает это публично, посредством Интернета. Если бы он был в Москве, я бы заставил его землю жрать своим поганым ртом. Но эта еврейская педовка сидит в Израиле. И от своей безнаказанности тарахтит собственной жопой по беспределу. Видно ищет на нее приключений.
Я понимаю, что у вас, у жидов, эта старинная забава. Измазать человека в дерьме, опорочить его самым гнусным образом, да так, что бы он уже никогда не отмылся. Но вы, дегенераты, забыли эффект бумеранга, Ненависть и ложь, распространяемые вами, к вам же и вернутся. Да так, что мало не покажется.

Сукаченко Олег

[quote=

а встретиться... почему и нет?
небось опять приведёшь стр-рашных "скинхедов"?

один, ничего такой себе упитанный малчык (интересно, мама видела его фоту с сигаретой?))

второй, ну та-акой томный (таких любят стареющие женщины и брутальные мужчины))

а на закусь, ты, подмоченный мачо.

я таких боевых петухов в хате бушлатом под шконку загонял.

знаешь русские пословицы, патриот?
от тюрьмы и сумы не зарекайся.

так вот, там не за <i>идеологию</i>, а за каждое слово спрашивают.
и за такие гнилые базары, которые ты любишь разводить, тебе запросто язык вырвут...
а на его место воткнут оторванное (за ненадобностью)) мужское достоинство.

Игорь Кинг пишет:
"я таких боевых петухов в хате бушлатом под шконку загонял".

Коган, ты вообще, вменяемый человек?!......

Ну я надеюсь, вы понимаете, что по понятиям такие вопросы решаются один на один, а не с помощью друзей и знакомых. Иначе не по-пацански, не по-честному. Это только черти могут толпой на одного - типа "ты приходи один - мы тоже придём одни".
Поэтому подстава никак здесь не прокатит.

Скажите, а не тот ли это Панин, журналист из "независимой" газеты, за которым вот уже неколько лет гоняется какая-то сумасшедшая маньячка из Канады? И где он только таких находит...
http://igor-panin.livejournal.com/34482.html

Да-да, странный он человек (надо же как ему не повезло). И аватары у него странныя, эт точно!
Одна вот какая - самокритичная

Другая во какая

А они с Кингом, стало быть, приятели, да? Один сионист, другой антисоветчик (хотя совка уж сколько лет нету). Ну ничего, сегодня таким звестным писателям можно и задним числом в антирежимных "героях" походить.
Вот ведь как всё замысловато...

Наталия Алексеевна писала:
.

Ну что я могу сказать. Шувалову, видимо, показалось мало своей мерзости. Он стал писать мне личные сообщения. Цитировать их не стану - не в моей привычке. Посмотрю, что будет дальше.
Шувалов не понимает, что он в отличие от многих пользователей Общелита живет не в Израиле или США, а в России, и следовательно я, например, за эти прямые угрозы в мой адрес могу запросто подать на него в суд.
Но он этого не понимает - мальчик еще...

Саш!
Я молчал больше 20-ти лет. Но сейяас, наверное, стоит сказать. Вторым браком из семи я был женат на еврейке, она мне родила сына, но..... Когда моя мать приехала посмотреть на него, её просто выгнали, хотя до этого они с тещей очень мило обмывали ножки. При этом мне было заявлено, "Ты блох их бороды вычеши", аналогичное заявление я получил, в своё время, на Стихире.

Наташ!
Да не в крови дело, как сказал отец одного из моих друзей, который сейчас в Израиле - " эта страна калечит людей".

Но честно говоря, в Израиль очень хочу съездить, но каждый раз что-нибудь мешает. И приглашения есть, и жить есть где, но закон подлости...., что то случается.

http://obshelit.su/showthread.php?p=14819#post14819

http://obshelit.su/newreply.php?do=newreply&p=15893

http://obshelit.su/newreply.php?do=newreply&p=16183

http://obshelit.su/newreply.php?do=newreply&p=15906

Нет /…/ более разобщённой нации на сегодня, более трусливой, более бесплодной, бесконечно терпящей насилие!
Глядя на русских мужиков сегодня - я отдаю честь чеченцам, как воинам!
А всё начинается с головы, с её загрузки, с Православия.
Я уже писал в посте посвящённом "Дневнику писателя" о том, что не евреи виноваты в Катастрофе 1917 года, а Православие, с его астигматической мировоззренческой системой, "гомосексуальным", дегенеративным "Символом веры"/…/
Надо ли Вам говорить о современном состоянии Православия?
Гниль и гной!...