Когда-то мне нравилась Анна Ахматова, когда-то даже постоянно слышала это имя рядом с собой, почему-то именно ее я напоминала одной пожилой авторитетной особе. Не скажу, что мне это было приятно, но и неприятно ведь тоже не было, никак было… Стихи всегда были очень далеки от меня. Да, мне нравилась Есенинская Осень, меня кружили сонеты Шекспира, а в душе даже будто царил Данте, и как-то почти заучивались пьесы Лопе де Вега. Но написание стихов было мне совсем далеко. И Ахматова была для меня как-то в стороне, ну, где-то чуть лучше Цветаевой, если так можно говорить о творчестве великих.
А потом как-то подспудно подкрались ее стихи, как что-то естественное и абсолютно свое. Меня посетила несчастная любовь. И неправда, Анна, это не ты, это я сбегала по лестнице в пять ступенек. Это я, это я слышала и не слышала, что мне говорит Он. И только для меня горел этот цветок в петлице… Анна стала мне будто подругой, моей подругой, подругой, что меня всегда понимает.
А затем ворвалась эпоха своих собственных стихов, и Ахматова уже стала мне будто старшей сестрой. А потом уже и это отодвинулось далеко, потому что уже вовсю громыхала только собственная лира. Я забыла об Анне, я забыла обо всем. Любовь, самая настоящая любовь ворвалась в душу, и не важно уже какая она, счастливая или нет, неважно. Если любовь, то это счастье, только счастье! И не важен финал, и уж совсем не важен объект, как это ни парадоксально... Важны только те чувства, что владеют тобой. Через них появилось столько замечательных стихов. Оказывается, были затронуты такие красивые струны моей души, и они рождали прекрасную музыку из стихов. Я слышала в себе Шекспира, Данте, Лопе де Вега, и конечно Ахматову. Но что удивительно, это же мои, мои струны говорили во мне!
А недавно я поняла, что на мою Анну будто монополию наложила одна известная актриса. Она всюду таскает за собой ее образ, она будто прикрывается ею. Она читает ее стихи, и даже умудрилась сняться в фильме о ней, играя ее. Она будто стала ей, но это абсолютно неправильно! Анна – не такая, она не может быть такой как предлагает эта актриса. Анна – такая тонкая, она – всё чувствует, всё понимает, поэтому и стихи стали ее жизнью. А идущая от той актрисы, ее природная бронебойность будто убивает Анну снова. Да, не спорьте, неверным исполнением можно убивать. А свою натуру никуда не денешь, будь ты хоть трижды хорошим актером!
Помните, когда-то мне только нравилась Ахматова? А теперь - верните мне Анну, не трогайте мою Анну, я требую! Я не могу принять образ, созданный этой актрисой! Этот образ - обман, фальшивка, там - не она, там нет моей Анны! Я поняла: это не та горе-актриса наложила монополию на Анну, это я, я сама не хочу отдавать Анну на откуп безвкусице. У меня, у меня самой давно - монополия на Анну! |
