Герой моих грез – молчаливый и преданный поклонник. Он внутренне сгорает от любви ко мне, внутренне, поэтому он - тих и безвреден. Безвреден, потому что слов любви вслух не произносит, дабы не смутить мой покой. Он тайно пишет мне стихи, пишет мои портреты, и вообще, мой образ не дает ему покоя ни днем, ни ночью. Любовь его настолько всепоглощающа, что он готов умереть за меня. Он готов умереть, но не произносит, ни слова о любви. Да, пожалуй, это будет правильно. Стоп, не хватает одного поцелуя! Нет, он пригодится, когда поклонник будет умирать, отдав свою жизнь мне во благо. Я исполню волю умирающего, и поцеловав, зарыдаю на его уже бездыханной груди. Пожалуй так, так будет правильнее.
И все-таки, зачем мне нужна эта смерть, неужели я так кровожадна? Но ведь как-то этого молчаливого героя нужно заставить разговориться, значит, только через эту смерть… А иначе так и будет молчать. А зачем мне тогда этот поклонник вообще нужен, если он – не говорящий?! Пусть, наконец, скажет и умрет! Прямо как в кино… Только вот верность его угасшему образу хранить не получится. Мне снова потребуется бескорыстная любовь очередного бессеребренника. Поклонник-то мне требуется живой, потому что ему необходимо писать мне стихи и малевать мои портреты. И пусть он никогда не осмелится мне их показать, но я-то знаю, что они есть. И значит, поклонник мой тоже есть, обязательно есть, он существует, я знаю.
|
