О бабской вседозволенности.
От бабской вседозволенности, которая у нас в стране закреплена на всех уровнях права и общественной морали, я просто иногда фигею. Вот возьмём, например, сферу общепринятых приличий. Представьте себе, дорогой читатель, лето в южном областном городе, находящимся от Чёрного моря всего в сотне километров. Главная пешеходная улица города, прозываемая у нас в просторечье «Бродвеем» (хотя, официальное название она носит конечно, совсем другое). Итак, лето. Жара. Девки всех возрастов от 15 лет до 60-ти целыми стаями сидят на скамейках. Чем девка моложе, тем юбка у неё, как водится, короче. Некоторые юбки коротки так, что видно трусики… НО! Оказывается, многие из этих тварей трусики не носят вообще! Юбки носят шириной в два мужских галстука, а вот нижнее бельё одеть «забывают»! Я сначала ходил и смотрел на все эти бритые лобки и испытывал некоторое приятное чувство. Всё-таки сексуальные влечения в моём организме пока-что ещё никто не отменял. Но, вся эта история продолжается уже не первый год. Я летом хожу по «Бродвею» и вижу девок с голой задницей и извините, вагиной. И вот, что интересно: я не разу не видел, чтобы милицейские патрули, которые тоже на нашем «Брадвее» появляются частенько, кого-нибудь из этих «влагалищных дел мастериц» задержали. Если бы мужик появился на главной улице летом в семейных трусах и, сев на скамейку, вывалил всё своё волосатое «хозяйство» на всеобщее обозрение, тут, уж конечно, набежало бы народа. Бабы всех возрастов и степеней продажности и стервозности в один голос стали бы орать, что вот ходят по главной улице славного губернского города N. всякие пьяные уроды и занимаются непотребством. Оголтелая публика начала бы вопить об извращенцах, развращающих малолетних деток, с которыми гуляют по центру города молоденькие мамаши. Конечно, вызвали бы милицию. Менты забрали бы незадачливого «нудиста» под белы рученьки и отвели в близлежащий опорный пункт. Но, почему-то, с бабами такого не происходит. Молоденькие вагинки сидят без трусов в публичном месте и никто их внешнему виду не возмущается. Милицейские патрули мимо голых влагалищ проходят спокойно. Хотя, в милиции, в полевых частях служат молодые пацаны 18-25 лет, скорей всего обладающие хорошим зрением, отменным лебидо и замечательной эрекцией, и они уж наверняка видят весь этот вагинальный беспредел, но не реагируют. Толи шлюхи платят им процент от заработка, толи причины этого кроются в полной гендерной вседозволенности баб. Не знаю, но шлюхи как сидели бес трусов, так и сидят. Рядом находится райсовет. В него каждый день на работу ходят чиновники и чиновницы. И они, почему-то, тоже не принимают к запрету на такое поведение баб никаких мер.
Мало вероятия, чтобы все голые вагинки нашего «Бродвея» были проститутками. Только одна из них показалась мне явной проституткой, завлекающей голым лобком клиентов. Все же остальные на вид вполне сошли бы за студенток госуниверситета или медколледжа, но ни как не за профессиональных шлюх. То есть, скорей всего тенденция ходить голой летом по центру города распространена на всех баб, на обыкновенных девок, а не только на проституток.
Как то я заглянул под юбку одной девуле, сидящей на скамейке. Она показалась мне приличнее других. Трусов на ней не было. Она перехватила мой взгляд. В её глазах я прочёл что-то стыдливо-укоризненное. Типа, чего смотришь, не понимаешь, что ли, я тут ветерком продуваюсь на жаре… Она даже не удосужилась сдвинуть ноги. Как сидела с полураздвинутыми ногами и невинным выражением лица, так и продолжала сидеть. Баба демонстрирует свой «товар», но при этом даже не испытывает никакого стыда! Вигинальная спекулянтка спекулирует своей вагиной с чистой совестью! Бабы дразнят нас – мужчин, - но делиться с нами своими «сокровищами» даже не собираются. По крайней мере, бесплатно. У баб узаконены глубокие декольте, короткие юбки, прозрачные блузки и платья, всевозможные короткие топики, из которых груди так и вываливаются. Они дразнят нас своим телом, на желая понимать, как это тяжело, когда око видит да зуб не ймёт… Бабы считают своим долгом так по-скотски себя вести по отношению к нам. Вот что страшно! Интересно, а если бы какой-нибудь мужик сидел на скамейке летом на «Брадвее», прицепив к карману рубашки целую пачку баксов. Баксы демонстрировал бы девкам, но не давал. Бабьё так бы и крутилось вокруг него и приговаривало бы: «Мужик, дай денег! Ну, мужик, ну дай хоть пару купюр!». А мужчина, держась с явным достоинством и, даже, пожалуй, с аристократическим шиком, говорил: «Ну, что вы, милые дамы: деньги – это зло. Зачем вам они?». Он бы сидел с безоблачным видом, а девульки всё истекали бы слюной и вагинальными соками, жаждая получить заветную зелень…
* * *
Бабы, относятся к тем, кого учат, как то по-странному. Они сначала восхищаются мужчиной, потом начинают его «исправлять» под себя, потом, если у них это не получается, обижаются и уходят, а, если получается, начинают чувствовать своё превосходство над мужчиной, и тоже уходят. В общем, баба всегда норовит уйти. У баб существует какое-то извращенное понятие о том, кто кому должен в процессе обучения. Если я женщину чему-либо научу в жизни или в профессии, я начинаю гордится собой и своей ученицей. Я понимаю, что я сделал добро и научил человека полезным и правильным умениям и навыкам. Мне приятно. Мой ученик становится как бы моим продолжением. Я начинаю относится к нему с определённым уважением и чувством причастности к его судьбе. А вот баба всегда норовит унизить мужчину или вообще человека, которому она что-либо преподает. Я не раз наблюдал за школьными училками и ВУЗовскими доцентшами, которые пытаются дать знания людям. Они пыжатся, они делают вид, что являются Наполеонами педагогики, что они только одни – это величины, а все остальные – нули бес палочки. Современная баба – это существо нравственно дегенеративное. Они сейчас все – нравственные идиотки. В дореволюционной психиатрии даже был такой термин «моральное помешательство». Он применялся к людям, не обладающим твёрдыми нравственными устоями, потерявшими или не имевшими вовсе моральные ориентиры в жизни. Считалось, что безнравственный человек является сумасшедшим. Тогдашнее общество таких морально помешенных пыталось лечить в психушках. Одной из самых тяжелый форм морального помешательства была проституция. Проститутки тогда были бабами презираемыми приличным обществом. А сейчас в нашей стране проститутки – это почти все бабы. Исключение составляют только природные уродины, жертвы неудачных абортов, и мужеподобные феминистки и прочие «ушибленные» на всю голову особи женского пола. Если в 19 веке известный итальянский психиатр Чезарио Ломброзо писал о преступницах и проститутках, он имел ввиду количественно достаточно узкую группу баб. В наше же время, проститутки и преступницы в широком смысле слова – это почти все представительницы «прекрасного» пола. Вот, что страшно.
2011. Лейтенант Запаса.
|
