Логин:
Пароль:
 
 
 
Красный царь Никита, Королёв искусник и звёздный Гагарин.
Виталий Кононов
 


[size= 14.0pt; color: #666699]Красный царь Никита, Королёв искусник  [/size]и звёздный Гагарин.

[size= 14.0pt; color: #666699] [/size]

А й как было то во времена советские,

Времена послевоенные, нелёгкие.

А й как было дело славное-преславное,

         Дело, о котором память вечная;  

         И мужам-то всем, да жёнам-то, да отрокам                          

Ведать надо обязательно о деле том.

  

А й как при Никите-то  правителе,

При Никите да по отчеству Сергеевич,

Да в СССР – стране народов дружеских

(Так звалась тогда Россия-Русь великая)

Жили-были люди трудовые всё, несложные –

Люди доблестные, скромные, надёжные.

А й случилось призадуматься правительству,

Как отпор держать противникам полуденным,

Как отпор держать заморским супротивникам,

Что  затеяли  войну-то – брань всемирную,

Что в войне той разделились на два лагеря,

Стравливая с Русью тьму фашистскую –

Немцев обезумевших с вассалами;

Что войну ту проиграли да озлобились,

Затаивши помыслы звериные,

Да опять одним собрались лагерем,

Выжидая время, чтоб на Русь напасть.

И с тех пор они грозились  ружьями,

И с тех пор они бряцали саблями.



А подумать-поразмыслить было ведь над чем:

При научных сотворениях случилося –

Приручили люди Диво яросмертное,

Диво ядерного полымя ужасного –

Разрушительного Зверя ненасытного.

Диво то дремало многоскрученно

В бочке кованной да хитросделанной,

С электрическими кнопками горящими,

Да с цифирью электронной  в чреве моровом.

А вставало Диво, как поганка-гриб,

Выше гор вставало да всё рушило;

Сожигало да травило-то окрестности,

Выбивало жизнь из всякой живности

(Не знавали раньше-то такой беды),

        Гибельными городища делало;

        А потом по пеплу-то могильному

Зверем себе ползало невидимым,

Лихом становилось многовотчинным.  

А й случилось Диво то держать врагам,

А й случилось Диво и Руси иметь.

        Оба Дива затрещали-зашипели-то –                                        

Похваляясь смертушкой  всегибельной.

Ох и времена ж настали на земле тогда,

Ох и мрачные творились предвещания.



Как в полях цветы растут себе с репейником,

Так в умах растут намерения разные.

Стали недруги чесать себе залысины,

Стала думу думать рать Руси советская.

Не жилося  недругам полуденным

И врагов заморских злоба мучила:

Как заставить Диво всесмертельное                                                                                      Мигом по небу летать быстрее лётчиков?

Как заставить Зверя ненасытного

Стать на крылья быстрые-пребыстрые,

Чтоб настигло царство – Русь трудящихся

Диво ядерного полымя ужасного?

Чтоб пожрало Диво яросмертное                                                                

Всю страну-то нашу небуржуйную;

Чтоб пожрало Диво всесмертельное

От мала до стара весь-то люд честной,

Да домашний скот, да зверя дикого.    

         И  грозились всё злодеи ружьями,

Да бряцали, супостаты, саблями.



Скоро  задумки нарисовать конструкторам,

Да не скоро ж сделать технику чудесную!

А й разведали их замыслы коварные

Невидимки русские – разведчики,

Доложили в Кремль они немедленно

По сокрытому эфирному вещанию.



А й как кликнул царь Никита да Сергеевич –

Кукурузных зёрен  рьяный сеятель,

Что порой чудил в стране неистово,

Но и дело делать поспешать умел;

А й как кликнул он своих сподвижников:

«Эй, служивые, сыщите, позовите-ка

Короля искусников, творца великого!»



Вскоре привели во Кремль к Никитушке

Королёва – знатного  искусника.

Говорил ему Никита таковы слова:

«А й да ты искусник златомысленный,

Королёв – король изобретателей!

Сотвори-ка нам машину славнобыструю –

Быстролётную, держащую в себе самой

Диво ядерное, пышущее смертушкой –

Разрушительного Зверя ненасытного!»

Поклонился Королёв, Сергей по имени,

Говорил в ответ да таковы слова:

«А й ты славный царь-генсек коммунистическай!

Коли надо – будет, стало быть, исполнено!»



Скоро ли, не скоро ль слово молвится,

А вот дело делай, коль приказано.



Год проходит, два – летают по небу

Реактивные ракеты быстролётные!

Год проходит, два – летают в небесах,

Как перуновы персты, ракеты дальние!

А ещё чуток проходит времечка –

В космосе уж техника чудесная!  

И летят во все концы вселенския

Русские сигналы славнозвучные! –

Будят сущности они миров иных,

Тамошние божества приветствуют.



Как в морях средь рыб – медузы склизлые,

Так в умах намеренья лукавые.

Призадумались тут недруги заморские

И полуденные недруги задумались,

Да собрали-то казну свою несчётную,

Да собрали всех своих конструкторов,

Да ещё и Мор помог им видимо –

Еле-еле справили с потугами

Технику на русскую похожую.

И с тех пор планета многолюдная

Стала Дива смертные иметь летучие –

Хуже Змей-Горынычей неистовых,

Хуже тысячей-то Змей-Горынычей!

         На цепях держали воеводы их      

Глубоко в пещерах охраняемых,

У ракет готовых сразу вылететь,

По приказу грозному правителей.

Ой да натерпелися служивые,

Натряслись поджилочки их нервные.

Вся планета под прицел поставилась,

Замерещилась-то смерть над человечеством.



Нечестивцы ж вновь грозились ружьями,

Саблями бряцали окаянные.

Что тут делать, как тут быть?– не знали уж,

Испугались сами, призадумались:

«Ай не станется ль уничтожение –

По неразумению – взаимное?

Не пожжём ли землю мы несчастную,

Океаны не отравим ли с морями-то?»

Стали недруги чесать себе залысины.

Стала думу думать рать Руси советская.

Стали времена куделью ватною –

Потянулись вервием за облаки…

А в полях-то танки многострельные,

Самолёты в небе многобомбные,

А в пучинах океана-моря грозного

Лодии подводные с торпедами, –

Все они друг дружку примечают-то:

Против вражьей техники настроены, –

Крутятся да вертятся да рыскают;

Рыкают, пыхтят себе да лязгают.

Никогда такого не бывало чтоб

Так железо умное озлилося.



Тут высоко над планетой людною

В небе тронулись Весы Столетия –

Покачнулись, проскрипели, протилинькали

Да и стали в равновесии над странами –

В Колесе Сварога как бы спицами.

А весы те непростые были в космосе –

Виделись они и в головах людей

Взором внутренним, духовным зрением.



Увидали мудрецы всё и механики,

Развели руками пред царями-то.

А цари-правители корыстные

В замыслах своих не унималися.

А цари-политики поганские –

Ну-давай скорее вновь выдумывать.

И совет держала Русь великая,

Издавна в мечтаниях крылатая.

Люди лучшие сердечно призадумались,

Старцы мудрые духовно поразмыслили,

Все мастеровые покумекали,

Да почуял кто-то Птицу Сва из них –

Тут и выдали правительству высокое,

Дерзновенное, не злое, небывалое…



А й как крикнул грозно царь Никитушка,

Постучал ботиночком да по столу,

         Молвил строго таковой приказ:          

«Эй, соратники, привратники, чиновники,

Позовите мне в палаты каменны,

Низко кланяясь, конструктора известного –

Королёва, крассного искусника!»

Вскоре привели во Кремль к Никитушке

Королёва ­– короля искусников.

Говорил Никитка таковы слова:

«А й да ты боярин крассный Королёв – творец!

Ныне сделать надобно подобное:

Посадить в ракету быстролётную

Молодца достойного из витязей.

Пусть он облетит планету в космосе,

Пусть посмотрит он на всё внимательно –

Выведает вражии позиции,

И тем временем, и это главное,

Покачнёт пусть он Весы Столетия

В нашу – победителей – сторонушку;

И покажет удаль пусть советскую,

Удаль русскую, могучую и славную! –

Без войны, а вновь Победу сделаем».

Поклонился Королёв, Сергей по имени,

Говорил в ответ да таковы слова:

«А й ты славный царь-генсек коммунистическай!

Коли надо – будет, стало быть, исполнено».



Скоро ли, не скоро ль слово молвится,

А вот дело делай, коль приказано.



Год проходит, два – летает в космосе

Живность разная для испытания.

А ещё прошло немного времечка –

Собирают в путь-дорогу молодца –

Юрия Гагарина – из витязей,

Что владеет крыльями орлиными,

Что известен людям солнцеликостью,

Что по всем статьям парняга правильный.

Выбрали-то лучшего из лётчиков,

Выбрали-то самого достойного –

С солнечной улыбкой лучезарною –

Сына русского, орла Даждьбогова,

Алексеевича, коль по-батюшке.

И на зорьке ласковой Гагарину

Выдали доспехи яркоцветные,

Завели в ракету белосветлую,

«Дорогушей» звавшуюся ранее,

И «Востоком» прозванную давеча.

Посадили в кресло ладнодоброе,

Наказали возвратиться с честию.



Наказали возвратиться с честию,

Пожелали справиться с задачами,

И как повелось в России издавна,

Обняли душевно на прощание.

И причастная к тому природа волилась:

Улыбнулось солнце жизнерадостно,

Травы с ветром трепетали, колыхалися,

С Алексеевичем расставалися.



Затряслась ракета многосложная,

Запыхтела, дорогуша, охнула,

        Покачнулась, задышала пламенем.

И сказал Гагарин тут: «Поехали!»,–

Из иллюминатора-оконца выглянул,

Помахал рукой своим товарищам.

А й да славный Юрий Алексеевич –

Первый из людей в огне Перуновом

Возлетевший в божии владения!

А й пронёсся он за небо синее

Кречетом небес, стрибожьим соколом,

Солнечным орлом, стрелой мгновенною! –

Ра-

     зо-

          рвал оковы притяжения,

Вырвался из жадной гравитации.

Только дымный след остался беленький –

Тянется веревкой во вселенную,

Тянется и тянется изогнуто,

Аки пуповина Земли-Матушки,

Аки прави-то стезя высокая…



Как проведали про это окаянные,

Стали вновь чесать себе залысины,

Глядь-поглядь а головы уж голые –

Словно котелки отполированы,

Словно это яйца страусиные,

Словно задницы-то неприкрытые.

Позабыли погрозиться ружьями,

Позабыли бряцать даже саблями;

Извелися, подлые, от зависти,

Подавилися своей лукавостью;

Думали: «Не первые, не первые,–

Думали, – Да как же так, да как же так?»

Словно мошкара средь лета знойного,

Мысли их нечистые роилися,

Словно черви гадкие утробные

Думки их поганые тянулися –

Такова природа их преступная –

Семя прародителя бесовскаго,

Такова натура их проклятая –

Готская, саксонская, жидовская –

Уж тысячелетия злотворная:

Им ведь чтоб друг дружку-то не изводить,

Надо зрелищ иль войны грабительской.



А Гагарин – сын Даждьбога русского,

А Гагарин – внук Сварога нашего

Всё летал средь космоса морозного,

Да выглядывал он Правду там желанную.

Правда наша – Правь богами данная,

Словно кровушка она словесная

(Знания прямые и научные), –

С ней победа, а не с силой злобною!

Победила правда чтоб сияти на небе,

Проиграла кривда, чтобы на земле шалить.

Даже в непогоду-стужу лютую

С правдою в душе надежда теплится.



Облетел Гагарин мир людской вокруг, -

Пригрозил Гагарин супротивникам,

Доложил в Москву он об увиденном –

Дескать, видел вражии позиции;

Покачнул рукой Весы Столетия

В нашу – победителей – сторонушку;

И обнявшись с таинством космическим,

Звёзды васильковые приветствовал.

И проникся Божьим вдохновением,

И повёлся с Вечностью великою!  

    

Ой красна ты удаль богатырская,

Но на всё своя и воля Божия,

Что богами многими единый суть,

Как едины семена в соцветии.



Час настал – вернулся добрый молодец

С честию да славою прекрасною.

Час настал и на воздушном парусе

Он с небес слетел в своей штуковине,

На родную нашу Землю-Матушку,

На поля советские, колхозные.

И теля Зимун-коровы встретило

На лугах Гагарина пригожего,

И две вилицы его увидили,

Слова ждали от него понятного.

Рёк «Свои, товарищи, свои», – он им приветливо.



Доложили о Гагарине начальникам.

А й возрадовался тут Никитушка,

А й возрадовался Королёв – творец,

Весь народ Руси возликовал вослед,

Все народы мира подивилися!

Поклонился витязь долу прадедов,

Поклонился людям и правительству,

Улыбнулся солнечно-присолнечно! –

Как бы тот, да и не тот как будто бы:

Улетал с глазами голубыми он,

Прилетел – с глазами синезвёздными!

Говорил храбрец да таковы слова:

«Здравствуйте, друзья мои родимые,

Вот и я – посланец ваш доверенный», –

Как бы тот же голос ­– да напевнее

И в словах простых – проникновение…

Так вот – без красивостей напыщенных

Завершил он важное задание.



Тут и  вышли люди  славу праздновать,

В кумачовых   баять  демонстрациях.      

И велел Никита славный пир созвать,

И велел Никита всем чины раздать,

Королёва наградил он ласкаво,

Похвалил военных за старания,

А Гагарину  славнокрылатому

Золотую прицепил на грудь звезду –

Самую большую и почётную,

Словно с неба для героя взятую!

И поднялся Дух народа русского

Высоко над всей людской историей,

         И при этом – в ледяных галактиках        

         Долетел он до сакральных разумов.

И в полях салюты танки справили,

Самолёты засверкали в воздухе,

В океане-море в глубине самой

Лодии подводные вскружилися.

И сложились песни величавые

О людьми советскими содеянном.

И пути сложились небывалые

В синих звёздах – как в глазах Гагарина…

Никогда такого не бывало чтоб

Мигом всё вокруг преобразилося.



А й вы люди добрые-предобрые,

Ой вы други верные-преверные,

Разве ж песню честную затопчет кто?

Разве ж ветер во степи споймается?



И ярилось солнце златозарое,

Славу над Отчизной осияючи,

Над полями всеми разноцветными,

Над лесами всеми буйнолистными,

Над деревнями простыми, хороводными,

И над городами многосветными,

Что Яриле сами улыбалися –

По над СССР – страной народною –

По над всей Россией сверхдержавною –

По над Русью древневековой заветною –

По над Русколанью легендарною –

По над Семиречьем наших пращуров,

По над Меру – нашею  прародиной –

Да над всей-то нашей долей даденой.

Ай ты даль широкая просторная!

Ай ты времечко тягуче-невозвратное.

Ах ты жизнь земная неповторная,

Ах ты вера и любовь народная!

Да стезя-то Прави непорочная!



Дело же имело продолжение:

Обложили-то врагов ракетами,

Лихом ядерным бока им подперли,

С Кубы-острова, с людьми хорошими, –

Показали им своё бесстрашие:

Будь, что будет мол, сейчас шарахнем вас …

А они, поджав хвосты, заохали,

Завопили о «Карибском кризисе».

Да надели парики на лысины,

Да рекламно, лицедеи, лыбились,

Обещая как бы дружелюбие.

Тут и успокоились маленечко, –

Охладили пыл-то у солдатушек.



По законам, видно, равновесия

С тех кому дано – потом и взыщется.

В старину давнишнюю дарили нам

Боги Колядову книгу звездную…

Уж не в ней ли звёздною страницею

Стал наш витязь былью-небылицею,

Стал наш сокол тайной-сотаинствием,

Стал наш космонавт легендой-ясунем?

Не нарадовались вдоволь-то Гагариным,

Улетел он вскоре да загадочно,

В свой полёт последний в небо светлое,

В небо светлое да в тёмный лес густой, –

Со товарищем военным  в громе сгинули…



Говорят: его забрали пращуры

Для полётов навьих ещё далее…

Говорят: богам теперь в нём надобность –

То ль светить у них на заседаниях,

То ли Раем-Ирием заведовать.

Может связан был великим множеством

Невидимым Юрий со вселенною?

Может обещался он обетами

Тем, кто там орбитами заведует?

Или Перунице полюбился он?

Или князю Бусу стал товарищем?

Или потянулся в глуби звёздные

По стезе-то Прави завлекательной

С Птицей Сва – святою богословною?

Знать не знаем, ведать мы не ведаем,

Но похоже, что-то происходит там.

Вот и астроном один известнейший –

Тот, что с плешью меж седых волосинок –

Сказывают, в телескопе новеньком,

Видывал его в алмазных россыпях

Млечного Пути – дороги Велеса, –

Он ведь Юрий – юркий да находчивый.

Так и хочется полюбопытствовать,

Порасспрашивать Гагарина при случае:

Как ему в делах там – не скучается ль

По Руси – родной своей сторонушке?
Возвращался б, что ли, к нам товарищ наш,

Отпросился б, что ли, на побывочку,

Да отведал бы на масленицу блинчиков,

Да поведал бы нам словушко о пращурах.



Никогда его не забываем мы,

И всегда его мы чтим, печалуясь.

А и то скажу, что всем землянам ведом он.

И медали есть у нас с Гагариным.

И Гагарин-град есть в память его названный.

И стоит теперь в Москве он бронзовый.

И летают в космосе друзья его,

И друзья друзей летают в космосе.

И летать мы будем по галактикам,

Где планеты поприметились Гагариным.

Назовём мы звездолёты русские

Все «Гагаринцами» нашими надёжными,

Назовём ракеты дорогушами,

Назовём оружие небесное

Мы перстами Перуна громового.

А пока мы Правде-Прави учимся,

Пусть мечтают детки наши ясные

Как Гагарин быть – всегда героями –

Соколы Сварожии, Даждьбожии,

Кречеты Перуновы пригожии.



О, великие дела и помыслы

Вам пути открыты нашей Родиной –

Русскою землёй святой завещанной,

Кровью и преданьями пропитанной,

Воспоённой праведными старцами,

Бороненной пращурами-воями.

Гой, светлы ж великорусы вы державные!

Славься Русь и славьтесь Боги русские,

Славьтесь и триславьтесь, православные,

По стезе веригою ведущие!

        Гой!



[size= 10.0pt]Писано рождённым в оном времени –[/size]

[size= 10.0pt]О семи то тысяч лет четыреста,[/size]

[size= 10.0pt]В шестьдесят девятом-то от Сотворения[/size]

[size= 10.0pt]Мира в Звёздной Храмине – в году таком. [/size]

© Copyright: Виталий Кононов
Перейти на страницу автора

Версия для печати
 
Жанр произведения: Экспериментальная поэзия
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 422
Дата публикации: 19.02.12 в 09:21
 
 
Рецензии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.Нет ни одного комментария для этого произведения.
 
   
   
© 2009-2018 Stihiya.org. Все права защищены.
Гражданско-поэтический портал.
Rambler's Top100