Логин:
Пароль:
 
 
 
Упущенное время
Николай Гульнев
 
УПУЩЕННОЕ ВРЕМЯ

  России после смерти Сталина хронически не везло на руководителей такого мощного государства. Фактически, власть была присвоена узким кругом партийных деятелей, которые деградировали по мере отдаления от Великой Войны. Последние годы правления Леонида Брежнева походили на некий фарс в обществе мертвецов. После реформ Косыгина, страна последовательно приближалась к своему развалу. Только неординарная личность смогла бы спасти такое государство. Вместо
реальных действий, общество старцев и «мертвецов» лелеяло больного Генсека, так как понимало – уйдёт Брежнев, за ним уберут всех остальных. Не это ли можно назвать неким преступлением перед великим народом? Брежнева продолжали награждать, хотя он еле держался на ногах. Смотреть на
эти государственные спектакли было стыдно и обидно.

Вновь несут родные бредни
Те, кого пора лечить –
«Скоро город от деревни
Будет нам не отличить!»
Будет то и будет это,
Будем мы красиво жить -
Остаётся три паркета
В наш коровник положить!
...От вранья – не стало мочи,
Слышат уши, видит глаз –
Телевизор до полночи
Смотрит Пчёлкин всякий раз!
«Заносите в картотеку,
Прежде – пейте череду,
Нынче нашему Генсеку
Дали новую Звезду!»
Он – реформ великий автор,
Он теперь – величина,
Да ещё и литератор –
Целина с ним и война!
«Вань! Гляди крестьянским оком,
О себе сильней тоскуй,
Донесут ведь ненароком -
Вслух вождя не критикуй!
Что тебе-то не хватает?
В три горла и ешь и пьёшь?» -
А об этом кто узнает,
Если ты не донесёшь?
«И откуда, Вань, напасти,
Дел своих-то выше крыш –
Почему ты против власти
Непотребство говоришь?
Вроде трезвый, и не спился,
И в своей работе скор –
Был бы Сталин – не решился
На бесстыжий разговор!»
Я при нём от Сталинграда
Шёл под возгласы – «Ура!»
Сталин знал, что делать надо,
А сегодня – мошкара!
...Так бывало! Поворчали,
Не на людях, а в избе –
Плохо, кажется, вначале,
И в конце не по себе!
...Без избы и без ночёвки,
Без раскрашенных сусал,
За тебя придумал, Пчёлкин,
Всё, что выше написал!
Про семью и ваши споры,
Про любовь не по летам -
Были! Были разговоры,
Были здесь и были там!
Нам ведь как? Одно – возглавить,
Прокричать – «Я коренной!»
Но не может немощь править
Неподъёмною страной!
Где же тот, кто мощью дышит?
В ком знамение горит?
Кто крестьянина услышит,
Если он не говорит?
Не кричи! Не докричаться,
При Кремле – единый клир,
Им при должности остаться,
Как бессмертный эликсир!
Вы спросите – что мы ждали?
Что сказать хотели вам?
Может быть, мы опоздали
И судили по словам?
Поздно будет, а не рано,
Будет общая беда –
Боль пронзит Афганистана
Наши веси, города!
Но приглушат голос вести,
И с экрана нам – про труд!
...Почему-то «Грузом–200»
Мёртвых деток назовут!
И не надо песни звонко –
Нынче время без числа,
Вон, в деревню похоронка
Снова горе принесла!
И, для племени людского,
Не понять – кого винить?
Будем парня хуторского
Послезавтра хоронить!
Ну, давай! Сзывай на тризну,
Со слезой назначен пир –
Все сегодня за Отчизну:
Поп, холоп и бригадир!
Ну, а чьё погано рыльце?
Кто сгибает без суда?
Ведь для матери кормильца
Не найдётся никогда!
...Нет войны, но снова бьёмся –
Синева и смерть ребят?
Ну, куда мы всё суёмся,
Что мы учим всех подряд?
Не услышат! Нет ответа,
Нам с экрана божий свет -
Если ж власти без совета,
То зачем нам Сельсовет?
Сами бредим, сами лаем,
Сами – голь и нищета,
И себе давно строгаем
Пантеоны без Креста!
Там где гать, не видим брода,
Под огнём удобней брод –
Всё-то именем народа,
Будто Пчёлкин - не народ?
Пчёлкин я! Иван - до смерти,
Не связать, не развязать –
Вы дозвольте и доверьте
Слово верное сказать!
Ну, зачем от крови счёты?
Чем там мыслит Кабинет?
Всем-то, Господи, работы
На пятьсот и больше лет!
Украшай, и будь доволен
Той землёй, что рядом, вот –
Тут и Храм слезой намолен,
Есть ракита у ворот!
Но жена перечит сводней –
«Приглуши обиду дней,
Им с кремлёвской преисподней
Завсегда и всё видней!»
Но не видно, как горбатит
Люд в лихие времена –
Им глаза веками застит
Та, кирпичная стена!
Вот и правят чаще хором,
А язык – что помело,
И с кремлёвским кругозором
Не видать моё село!
«Но они, как есть, в законе –
Власть от Бога, знай, цени,
Хлеба выдали по тонне
В этот раз на трудодни!»
Баба мне противоречит,
А не слово мёдом льёт?
Душу хлеб мою не лечит -
Ложь покоя не даёт!
...Был ли спор шальной и шумный,
Что затеял наш простак?
Ну, не дьяк вам, Пчёлкин, думный,
Сердцем чует - всё не так!
Что крестьянские повторы?
Потерялась в поле нить –
И словцом не сдвинуть горы,
И судьбу не изменить!
Ну, не надо три притопа,
Ну, не лей елей и йод –
Пчёлкин вам на роль холопа
Никогда не подойдёт,
Не согнётся гибкой спинкой,
Не ударит в каблуки -
Лучше снадобье с горчинкой,
Не конфетку от тоски,
Не обёртку для парада,
Не слова, что дарят прыть –
Врать ему, увы, не надо,
Лучше правду говорить!
Пчёлкин? Он - сама природа,
Он – крестьянская страда,
Если ж «именем народа» -
Пусть ответит Пчёлкин – «Да!»

© Copyright: Николай Гульнев
Перейти на страницу автора

Версия для печати
 
Жанр произведения: Лирика гражданская
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 512
Дата публикации: 14.05.12 в 09:35
 
 
Рецензии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.Нет ни одного комментария для этого произведения.
 
   
   
© 2009-2018 Stihiya.org. Все права защищены.
Гражданско-поэтический портал.
Rambler's Top100