Логин:
Пароль:
 
 
 
Вступление
Александр Хрящевский
 
Как на флоте говорят
  (неоконченное)

   Вступление

Рассчитан ход и курс назначен.
На пирсе женщины не плачут.
Не на войну, чего им плакать?
А под ногами снег и слякоть
И скользкий пирс, как будто пьян.
И мы уходим в океан.
Как будто бы на берегу нет дела,
Как будто нам здесь надоело.
Но вот мотор забрал назад
И вот корма уходит влево.
Уже на пирсе стали в ряд,
Уже к виску взметнулись руки,
Уже на мостик говорят:
Доложено – исполнил «Буки»!
И шесть секунд и вновь доклад:
Записано – доложено.
И весь заученный обряд
Исполнен, как положено.

Я не зову тебя, читатель,
Стоять на мостике со мной.
Нет, ты надев жилет спасательный,
Начни в команде кормовой.
Крепи концы, сдавай задачу.
Да не зевай – разуй глаза.
И я там был, и я так нАчал
Каких то девять лет назад.
Я командир, я не поэт.
На лодке пассажиров нет.
Увы, «…эпических поэм
Умчался век», простыл и след.
Понюхай дым, спустись в отсек.
И, чтоб душа не заскучала,
Берись да делай, что велят.
И, как на флоте говорят:
- Начни сначала.

Пришло «критическое» время,
В почете дезертиров племя.
О них твердят, о них трубят,
О них трагедии и драмы,
О них чувствительные дамы
Уже в Совете говорят,
ДевИцы их боготворят,
В Сенате нам благоволят!
В казармах поселились мамы,
Летят министру телеграммы,
Пестрят в журналах эпиграммы
И анекдоты. И остроты.
Кругом лихие рифмоплеты
Трещат, хохочут и бренчат,
Строчат пародии, памфлеты
И фельетоны, и куплеты
«Почти великие» поэты
Строчат. И пусть себе строчат.
Но. Уже ножи и пистолеты
Кровоточат.
Быть может знают доброхоты:
Когда всплывут атомоходы?
Куда нацелены ракеты?
Зачем взлетают самолеты?
Молчат, пока что, пулемёты.
Молчат. Что, если застрочат?
Уже растоптана Панама,
Уже раздавлена Гренада.
И чьи там матери кричат?
А что же наши «демократы»?
Молчат. И что они молчат?
Глухие зачастую нЕмы.
«Придёт, придёт и наше время…»
Они и нас «разоблачат».

А мы уходим в океан,
А панихиды – не по нам.
Трубят фанфары – не о нас.
Дешёвый блеск нам неприличен.
Грошовый треск нам безразличен.
Вот перископа мёртвый глаз
И срублен «Штырь»* и поднят «ВАН»**,
И "...прочный корпус герметичен".

- Ты где,читатель-первогодок?
Ещё не начат счёт походу,
Ещё старпом не пишет ЖУС***
И робким может показаться –
На базу стоило б списаться.
Не дрейфь подобно малышу,
Я за тобою пригляжу,
По братски, но без панибратства,
Без опекунства, без слюнтяйства.
Прижмут – не жалуйся,
Ломают – не ломайся.
Зазорно – не упасть,
Позорно – не подняться.
Других не унижать,
Себе – не унижаться,
В строю равнение держать
И прямо голову нести.
Не доползти и не добраться,
Но до конца свой путь пройти.
Нет мужества уйти,
Есть мужество – остаться,

*»Штырь» – вооружаемая антенна
**»ВАН» - выдвижная антенна
***ЖУС -журнал учета событий

И всё, и кончен разговор
И не беда, что в виде монолога.
Позволит время – заведём и спор,
Но не сейчас. Легли на створ.
Старпом, – Учебная тревога!
Все на местах, точнее «по местам
Стоят и узкость проходить».
На полчаса – Замкнуть уста!
На полчаса – О женщинах забыть!
Обломки волн по бухте Бечевинской
Вчерашний шторм гоняет суетливо.
Толпою клоунов – «морское свинство»,
Смешные нерпы кинулись с отлива.
Мы их спугнули – это очевидно,
Вот из воды их только очи видно.

Итак окончено вступленье.
Вступление не преступленье.
Быть может скажет строгий «Взгляд»,
Что я шагаю невпопад,
Что я пишу «ни в склад, ни в лад»,
Что, мол, несу застойный вздор.
Быть может. «Взгляд» – не прокурор,
Пусть говорит – мне горя мало.
Не так бывало…
- А как бывало?
А как бывало – в новом «ВИДе»
Мы видно больше не увидим,
«Опять по пятницам…» ночной порою.
Ну что ж, вперёд мои герои.
А, впрочем, – Стоп!
Я каюсь снова.
Конечно нет. Не это слово
Я должен здесь употребить.
Не мне решать – кого любить,
Кого забыть, кого оставить
И опозорить, и прославиить.
Я отпускаю вас. Идите сами.
- Героями ли? - Подлецами?
- Глупцами? – Или мудрецами?
Друзья мои, живите сами.
А ты, читатель увлечённый,
Зелёный или умудрённый,
Женатый или холостой,
Достойный, вздорный и пустой.
Простишь меня. Поймёшь меня.
Уж тот мне друг, кто указал
Чего я в жизни избежал.
Кто нам судья?
- Лишь жизнь да время.
Мы в их причудливом движеньи
Бываем в разных положеньях.
Пришло «критическое» время
И изменилось даже «Время»:
Пожары, взрывы,преступленья…
Итак – окончено вступленье.

© Copyright: Александр Хрящевский
Перейти на страницу автора

Версия для печати
 
Жанр произведения: Лирика гражданская
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 294
Дата публикации: 10.01.14 в 02:55
 
 
Рецензии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.Нет ни одного комментария для этого произведения.
 
   
   
© 2009-2014 Stihiya.org. Все права защищены.
Гражданско-поэтический портал.
Создание сайта FaustDesign
Rambler's Top100