Логин:
Пароль:
 
 
 
Октябрьский семерик
Александр Белоус
 
а)
Разрешите поздравить человечество
с очередным достижением.
Наконец-то селекционеры
вывели особую породу людей.
Мне все уши уже прожужжали
про железного Майка.

Хочется брякнуть по этому поводу
что-нибудь стоящее,
да ничего путного на ум не идет.
Как не уважать бойцовский характер,
не восхищаться рельефной мускулатурой,
не рукоплескать искрометной атаке…
Но кусаться и сидеть на антидепрессантах –
это уж слишком.

Я сам пятнадцать раз поднимался на ринг
и одержал пятнадцать побед.
Зачитывался «Мексиканцем».
А бросил бокс – ужаснувшись мысли,
что побеждал,
так как наносил сопернику больше ударов.

Вы думаете панчеры помогут нам
в схватке с космическим чудом-юдом?
Впрочем, довольно чепуху молоть.
На свежую голову
вдохнём бодрящий воздух осени.

. б)

Ранним утром на Покров
простой оперуполномоченный,
разбабахавший вдрызг партитуру карьеры,
вышел из подъезда «хрущёвки»,
где он проживал, считая от звезд,на втором этаже.

Вязкий туман,
облегающий ржавые кроны деревьев,
напоминал Крабовидную Туманность,
до которой телёпать пять тысяч световых лет.

Экипажи летающих тарелок,
ежедневно совершающие
инспекцию подопытных территорий,
сегодня из-за плохой видимости
проводили разбор предыдущих полётов.

Воспользуемся же случаем
и без соглядатаев
пройдемся к трамвайной остановке
по усыпанному опавшими листьями влажному асфальту.

в)

Торжественное увядание природы. Каждый раз
по-новому оно магнетизирует меня. Бросишь
рассеянный взгляд на карнавал разноцветных
листьев, услышишь ослабшее пение пернатых,
недосчитаешься нарядных бабочек и вдруг –
выплывут из памяти хрупкие картины
эволюции, от простейших до приматов. Как
дилетант, затрудняюсь назвать первопричину
зарождения жизни на Земле, хотя, по правде
сказать, воображение рисует улыбающиеся лица,
склонившиеся над пузырящимися пробирками.
Когда-когда, а в кайнозое палеоконтакт мог
иметь место. Легче легкого оспорить
вышеизложенное. Но стоит ли ломать голову
над свершившимся? Главное, что мы получили
уникальнейшую возможность взять инициативу
в свои руки! Какие перспективы открываются,
если взвинтить темп! Хочется, чтоб Человек
выше стоял на ступеньках Вселенной.
Я непременно бы занялся этим вопросом, да мне
ещё служить и служить, как медному котелку.

г)

Вращаться в «высших кругах»
мне нет никакого резона
ввиду отвращения
к их закулисным делишкам.

Глазеть на мишуру презентаций
иль в офисе киснуть кондиционерно-огромном
мне не доставит того удовольствия,
которое я получу,
трясясь в электричке раздутой
в раздумьях о солнечном ветре.

На сытном фуршете
кусок не полезет мне в горло,
и я, на глазах расфуфыренных фиф
в карман напихав бутербродов,
помчался б съестное отдать беспризорным,
у Вечного спящих огня.

Когда ж, по ошибке,
мне вечером веерно свет не отключат,
я сам его вырублю –
чтоб любоваться
мерцаньем тревожных октябрьских созвездий.

д)

Если б умникам из ООН хоть одним глазком
удалось взглянуть на звёздное болеро,
последующие сессии они бы проводили в обсерваториях.
Действительно: чем просиживать штаны,
возводя воздушные замки,
не лучше ли насладиться
блеском очнувшейся цефеиды?
Разумеется, можно
от сего предложения отмахнуться,
но от всех новшеств так легко не отделаешься.

Почему бы нам не коснуться
надвигающегося саммита тысячелетия?
Куда только не повернётся флюгер
на этом представительном форуме,
но главное всё равно прогавят.
Видно, дни выдадутся облачные,
и кислые осадки
расслабляюще застучат по крышам лимузинов.

Конечно, такие глобальные проблемы,
как голод, болезни, терроризм, парниковый эффект,
несомненно, будут затронуты.
Не одни же чокнутые оседлают трибуну.
А про розуэлльский инцидент не упомянет никто.

Грош цена в базарный день
таким сборищам,
на которых окромя престижу
никто ни о чём и не помышляет.
Да и жующий обыватель,
как пить дать,
оставит сии строки без внимания.
Но слышим же мы шепот звезд.
      


е)

Пока я в общественном транспорте
добирался на службу,
разума кратеры
так ничего на-гора и не выдали.
Выскочил из подземки,
а с осин по невообразимой траектории
падают листики-метеориты.
Со стороны Холодногорской церкви
тяжеленные тучи заходят на посадку,
но голубок-воркунок
что-то продолжает импровизировать
своей избраннице.
Я углубляюсь в квартал,
где на каждом шагу ворочаются пророчества,
и после короткой пробежки
уже на подходе к мрачному зданию.
Прежде чем переступить порог мини-гестапо,
делаю морду «кирпичом»
и готовлюсь фильтровать свой «базар».

С утра пораньше в прокуренном кабинете
зубоскалят коллеги.
К стенке прижался алконавт
в потертых джинсах,
которые пропердел
какой-нибудь высокоцивилизованный европеец.
В органов хитрые сети попавший
похитил из погреба консервацию.
Я и язык прикусил:
важную птицу словили,
вывели чётко на чистую воду
уволенного с предприятия
по сокращению штатов.
Будьте уверены –
получит на полную катушку.

Кто-то же должен срок мотать
за главарей шоковой терапии?

Мой стол живописно приютился
возле зарешечённого окошка,
за которым, раскачивая берёзку,
не на шутку разошёлся ветруган.
Лужи первыми приняли на себя
удар метких капель.
Неуклюже промахал крыльями обеспокоенный грач.
И вновь меня по инерции
несет неведомо куда.

Прошли младенческие годы,
когда доверчивые греки,
пытаясь выдумать парсеки,
небесный щупали пейзаж.
Сейчас нашим грамотным чёлкам
и квазары-то не в диковинку,
а про задумку освоения галактики
я уже не говорю.
Не переборщить бы с «применением» разума…

Мат трёхэтажный
меня возвращает к действительности.
Господи, что я здесь делаю?

ж)

Радостно хлопнула дверь.
Я, утомленный, с работы вернулся.
Две комнатушки встречают.
Мебель, видавшая виды.
Незастеклённый балкон освежает.
Бюст Циолковского дремлет.
Чутко молчит телефон –
связь с одурманенным миром.
Быт надо мной не довлеет.
Влажу в поношенный свитер.
Ужин глотаю спартанский.
Тусклая лампа кровать освещает.
Книги в зевотных закладках повсюду.
Данте, Вергилий и Пушкин – мои фавориты.

……………………………………………………

Есть жизнь над облаками в любые времена.
Какой бы клоп державою ни правил,
его ищейкам в мозг не заглянуть.
На днях я в этом твердо убедился.
Мы с временем вели туманный диалог
о чем-то совершенном.
Нам осень спорить вовсе не мешала.
Мне кажется, скорей, наоборот.
К тому же я принес с базара астры.
Поставил в воду грустные цветы.
Без запаха, но все-таки красиво.
Осколки теоремы под луной.
Кому-то же они предназначались?
Не оправдала вечность ожиданий.
Осыпались в неделю лепестки.
Сменились декорации на сцене.
Швырялся листьями безумный листопад
в непонятом галёркою спектакле.
В последнем действии шел моросящий дождь.
Влюбленные под зонтиком шептались.
В плащах Комедия, Буколики, Онегин –
как отзвук перемешанных эпох.
И мягкий свет софитов…

                     осень, 2000 г.

© Copyright: Александр Белоус
Перейти на страницу автора

Версия для печати
 
Жанр произведения: Эссе
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 53
Дата публикации: 03.10.17 в 20:02
 
 
Рецензии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.Нет ни одного комментария для этого произведения.
 
   
   
© 2009-2017 Stihiya.org. Все права защищены.
Гражданско-поэтический портал.
Rambler's Top100