Логин:
Пароль:
 
 
 
Гл. 1 Русь святая?
Николай Гульнев
 


     За  ошибки  и  заблуждения  в  молодости,  приходится  платить  высокую  цену  в  зрелом  возрасте.  Это  аксиома!  За  ошибки  и  скоропалительные  решения  государственных  деятелей  приходится  платить  падением  династий  и  своими  землями.  Ошибки  и  непродуманные  решения  приводят  к  гибели  или  распаду  государств,  к  поражению  в  войнах.
     В  трагедии,  которая  произошла  с  Россией  в  марте  1917  года,  когда  законный  Государь  и  он  же  глава  Русской  Православной  Церкви  был  предан  Святейшим  Синодом,  необходимо  было  разбираться,  чтобы  ответить  на  непростой  вопрос – «Почему  же  это  произошло?»  Напомню  известные  факты.  
     После  отречения  Николая  Второго,  члены  Святейшего  Синода  2  марта  признали  необходимым  провести  консультации  с  Исполнительным  Комитетом  Государственной  Думы.  На  заседании  Синода  4  марта  была  нескрываемая  радость  на  лицах  иереев  по  поводу  наступления  новых  времён в  жизни  Православной  Церкви.  В  этот  же  день  из  зала  Святейшего  Синода  было  вынесено  царское  кресло,  как  «символ  порабощения  церкви  государством».  Святейший  Синод  вынес  постановление  за  №1226  от  8  марта  1917  года,  в  котором  было  определено  возносить  моления  «О  богохранимой  Державе  Российской  и  Благоверном  Временном  Правительстве».  Впредь  за  богослужениями  упразднялось  поминование  Царствующего  Дома.  Свершилось  величайшее  предательство  в  истории  многострадальной  России.  Глава  Русской  Православной  Церкви  Николай  Второй  предан  людьми,  обличёнными  властью,  которые  несколько  дней  назад  искали  милости  у  всесильного  Государя.  Путь  для  поругания  православных  святынь  был  открыт  банальным  образом.  Оставалось  только  немного  подождать:

Кто  ожидает,  тот  дождётся,
Кто  ищет  звуки – выйдет  лад!
...Всегда  в  Отечестве  найдётся
Судьбой  возвышенный  Пилат!
Ему  Россия – мёд  и  рента,
Ему – лови  великий  миг -
Дождись  удобного  момента
И  нанеси  удар  под  дых!
Но  бей  упорно  и  отважно,
Бей,  предавая  благодать,
В  России  так!  В  России  важно
Царя  слабейшего  предать!
И  что  Пилату  Свет  и  Книги?
И  что  разрывы  на  меже?
Увы!  Державные  ошмыги
Стоят,  как  псы,  настороже!
Их  ласков  взгляд,  а  дело – лживо,
В  продажных  душах  давний  бес –
Им  предстоящая  нажива
Важнее  Божеских  Небес!
И,  дожидайся,  вот  минута,
Верши  задумку,  торопясь!
...Коль  нет  Царя – в  России  смута,
И  неделима  эта  связь!
Но  в  подлый  час  не  ждите  неги –
Её  в  борьбе  не  отличим –
Мы  забываем  обереги,
Когда  в  глухую  пропасть  мчим!
Без  колокольчиков  дорога
И  бричка,  взятая  внаём -
Но,  если  власть  у  нас  от  Бога,
Мы,  значит,  Бога  предаём?
Не  размышляй!  Лети,  сорока,
Перенеси  свой  тайный  стыд –
Грехи  замолит  век  до  срока,
А  пастырь  грех  заговорит!
Нов  этом  надо  постараться
Под  блеск  окладов  дорогих!
...В  святых  в  России  не  остаться –
Распяло  времечко  святых,
И  разнесло  Кресты  и  рясы,
Стянуло  грешные  колки –
Какие  нынче  лоботрясы
Надели  в  храмах  клобуки?
Не  угадать!  Но  это – было,
Выводит  нить  веретено –
Ничто  Россия  не  забыла
И  забывать  ей - не  дано!
Но  мы  эпохой  кляты-биты,
И  за  спиной  с  грехами  кладь –
Грехи  сочтут  митрополиты,
Когда  их  нам  не  сосчитать!
Но  не  свои!  Чужие  властны
Считать  под  свет  календаря –
Причастны,  Господи,  причастны
Вы  к  отречению  Царя!
Кто  позабыл,  кричите – «Вспомни!
Грешки  и  грешные  дела!»
...Порушат  смерды  колокольни
И  вековые  купола.

    Не  количество  церквей,  храмов,  семинарий  и  священников  определяют  нравственность  народа.  Нет  и  нет!  По  простым  подсчётам  в  районе  Царского  Села,  Павловска  и  их  окрестностей  количество  церквей,  храмов  и  часовен  доходило  до  шестидесяти.  Здесь  возносились  молитвы  к  Небу!  И  здесь  же  на  протяжении  многих  лет  вершилось  обоюдное  предательство.  Царь,  отрекшись  от  Трона,  предал  многострадальный  русский  народ,  а  церковники  в  рясах  и  чиновники  в  цивильных  костюмах  из  состава  Синода  предали  своего  Государя.  Нет  фактов,  чтобы  кто-то  из  членов  Синода  попытался  отговорить  Государя  от  рокового решения.  Коллективная  безответственность  привела  к  трагедии.  Не  оказалось  на  тот  момент  у  Великой  России  Патриарха  с  персональной  ответственностью,  светлым  умом  и  мужеством,  равным  мужеству  патриарха  Гермогена  или  московского  митрополита  Филиппа,  в  миру – Колычева,  который  поплатился  жизнью  за  высказанную  правду  Ивану  Грозному.
     Совершенно  ясно,  что  нравственность  и  совесть  не  в  количестве  православных  атрибутов,  а  в  православной  семье,  в  нормальной  школе,  в  просвещённом  обществе,  а  потом  уже  в  храмах  и  церквах.
     Трагедия,  которая  свершилась  в  России  в  марте  1917  года – одна  из  главных  причин  тех  событий,  которые  последовали  после  предательства  Государя.  
     Почему  же  свершилось  величайшее  предательство  Православного  Русского  Царя?  Попробуем  в  этом  разобраться.
     После  падения  Римской  Империи  в  476  году,  Восточная  Римская  Империя  под  названием  «Византия»смогла  просуществовать  почти  1000  лет.  Наибольшего  территориального  расширения  Византия  достигла  в  6  веке  при  Юстиниане  Первом.  Взятие  Константинополя  турками  в  1453  году  положило  конец  Византии.
     Великий  русский  религиозный  философ  Владимир  Соловьёв  в  статье  «Византизм  и  Россия»  писал  в  1896  году – «Древний  Рим  обожествлял  самого  себя  и  погиб.  Византия  считала  себя  спасённою  тем,  что  языческую  жизнь  она  покрыла  внешним  покровом  христианских  догматов  и  священнодействий,  и  также  погибла».  И  ещё  о  Византии – «Византия  погибла  не  потому,  что  была  несовершенна,  а  потому,  что  не  хотела  совершенствоваться.  Царства  гибнут  от  грехов  собирательных – всенародных,  государственных,  и  спасаются  только  исправлением  своего  общественного  строя  или  его  приближения  к  нравственному  порядку».
     После  падения  Византии  в  1453  году,  писатель  и  монах  Елизарова  монастыря  писал,  обращаясь  к  московскому  князю  Василию  Второму – «Два  Рима  пали,  третий – Московское  царство,  стоит,  а  четвёртому  не  бывать!»  Этот  постулат  на  многие  века,  вплоть  до  1914  года,  стал  ведущим  для  правящих  династий.  Под  этим  лозунгом  мы  вели  непрерывные  войны  с  Оттоманской  империей,  спасая  славянские  народы  и  ослабляя  свою  государственность.
     Так  сложилось,что  после  крещения  Руси  Владимиром  Святым  в  988  году,  митрополиты  назначались  цареградским  патриархом.  Процедура  назначения  митрополитов  была  долгой  из-за  огромных  расстояний  и  различных  бюрократических  причин.  Кандидат  в  митрополиты  должен  был  лично  прибыть  
в  Константинополь.  Практически  получалось,  что  на  период  утверждения  нового митрополита,наша  Русь  оставалась  без главного  пастыря.  Вспомните,  как  перед Куликовской  битвой  воинство  Дмитрия  Донского  и  его  самого  благословил  Сергий  Радонежский.  Не  было  митрополита  в  Москве.  Митрополит  Алексий,  духовный  наставник  Дмитрия  Донского,  умер  за  два  года  до  Куликовской  битвы,  а  будущий  митрополит  Киприан  был  на  пути  в  Константинополь.  Цареградские  патриархи  не  всегда  считались  с  кандидатами  в  митрополиты  от  московских  князей.  Так,  в  1431  году  после  смерти  московского  митрополита  Фотия,  московским  князем  на  должность  митрополита  был  выдвинут  рязанский  епископ  Иона,  который  видел  в  Москве  центр  объединения  всей  Руси.  Но  цареградский  патриарх  назначил  московским  митрополитом  по  своей  воле  грека  Исидора.  Этот  Исидор,  в  сане  московского  пастыря,  участвовал  на  Флорентийском  соборе,  где  была  провозглашена  уния,  или  соединение  греческой  церкви  с  римской  на  условиях  признания  римского  Папы  главой  Вселенской  Церкви.  Исидор  вместе  с  византийским  патриархом  и  византийским  императором  подчинились  Папе.
     В  Москве  не  признали  унии  и  назначенца  Исидора.  И  в  1448  году  архиерей  Иона  был  избран  митрополитом  московским  собором  русских  владык  помимо  воли  цареградского  патриарха.  Это  был  величайший  духовный  переворот,  что  подняло  нравственное  значение  Москвы.  Такое  неординарное   решение  ещё  раньше  поддерживалось  русским  митрополитом  с  1308  года  Петром,  перенесшим  митрополичью  кафедру  и  Владимирскую  Икону  в  Москву,  а  также  митрополитом  Алексием,  воспитателем  и  наставником  Дмитрия  Донского.
     Отныне,  все  русские  земли,  непокорные  Москве,  привязывались  гораздо  крепче  духовной  связью  к  будущей  общей  русской  столице.
     Бракосочетание  московского  князя  Ивана  Третьего  с  Софьей  Палеолог  в  1472  году  возвысило  московского  князя,  который  формально  стал  преемником  византийских  императоров.
     После  падения  Константинополя  бывший  византийский  патриарх  получил  полномочия  над  православной  частью  населения  турецкой  империи.  Именно  тяжёлое  положение  константинопольского  патриарха  вынудило  его  обратиться  за  помощью  к  московскому  царю.  Константинопольский  патриарх  Иеремия  высказал  готовность  остаться  в  Москве  в  роли  патриарха,  что  не  очень-то  понравилось  митрополиту  московскому.  Иметь  в  качестве  патриарха  в  Москве  подданного  турецкого  султана  было  нежелательно.
     После  долгих  переговоров  23  января  1589  года  в  Успенском  соборе  из  трёх  кандидатов  в  патриархи  был  избран  первый  русский  патриарх  Иов.  И  уже  26  января  состоялось  торжественное  посвящение  первого  русского  патриарха.  Новым  русским  патриархом  была  составлена  грамота,  которая  утверждала  патриаршее  правление  в  Русской  Православной  Церкви.  
     О  Москве  отныне  говорилось,  как  о  «Третьем  Риме».  «Ибо  древний  Рим  пал  под  ересью,  а  второй  Рим,  Константинополь,  находится  в  обладании  внуков  агарянских,  безбожных  турок,  твоё  же  Великое  Российское  Царство,  третий  Рим,  собралось  в  твоё  единое,  и  ты  один  под  небесами  именуешься  Христианским  Царём  во  всей  Вселенной  и  у  всех  христиан».  
     Казалось,  что  с  устроением  Русской  Православной  Церкви  помыслы  русских  государей  и  церковных  деятелей  будут  направлены  на  дальнейшее   материальное  и  духовное  укрепление  русского  государства  посредством  совместной  работы.  К несчастью,  нередко  интересы  государей  и  церковных  иерархов  не  всегда  совпадали,  а  иногда  входили  в  противоречие.
     С  распространением  христианства на  Руси  велось  активное  строительство  православных  приходов.   Монастыри  богатели  и  прирастали  землёй.  Так,  церковный  деятель  Иосиф  Волоцкий  писал,  что  «в  монастырях  земли  оттого  много,  что  князья  и  бояре  давали  им  сёла  на  вечное  поминание».  Правда,  оправдать  монастырские  землевладения   старались  церковным  правилом – «Церковное  богатство – нищих  богатство».  Так  уж  сложилось  у  нас,  что  любое  благое  дело  можно  извратить,  а  неблагое – оправдать!  К  моменту  проведения  Стоглавого  Собора  в  1550  году,  до  30%  лучших  земель  принадлежали  монастырям.  Даже  попытка  Ивана  Грозного  воспользоваться  церковными  землями  для  обустройства  служилых  людей  встретила  решительный  отпор  митрополита.  Иван  Грозный  возмущённо  говорил – «В  монастыри  постригаются  не ради  спасения  души,  а  покоя  телесного  ради,  чтобы  всегда  бражничать!»  Фактически,  монах  переставал  кормиться  от   своих  трудов.  Единственно,  чего  добилась  власть  в  земельном  вопросе,  так  только  вынести  приговор  Церковного  Собора  в  1580  году,  в  котором  говорилось – «Архиереям  и  монастырям  вотчин  у  служилых  людей  не  выкупать  и  никакими  способами  своих  земель не  увеличивать».  Однако,  некоторые  монастыри  становились  со  временем  государством  в  государстве.  Пример  тому – Соловецкий  монастырь.  Этот  монастырь  7  лет  не  могли  взять  правительственные  войска  в  период  раскола,  и  только предательство  помогло  взять  приступом  этот  монастырь.  
     Льготные  земли  монастырей  были  постоянной  угрозой  для  доходности  казённых  и  служилых  земель.  Крестьяне  постоянно  сбегали  под  покровительство  монастырей.  Приходилось  полицейскими  мерами  стеснять  вольного  русского  хлебопашца.  Здесь  и  не  только  здесь  лежат  корни  крепостного  права  на  Руси, оформленногои  узаконенного  несколько  позже.  
     Были  и  другие  противоречия.  Известно,  что  безграничная  власть  развращает.  Иван  Грозный  имел  безграничную  власть  и  был  в  одном лице  и  судьёй,  и  прокурором,  и  палачом.  Митрополит  московский  Филипп  в  1568  году,  обращаясь  к  Ивану  Грозному,  говорил: «Государь!  Перестань  творить  богопротивные  дела.  Вспомни  прежде  бывших  царей.  Те,  которые  творили  добро – и  по  смерти  славятся,  а  те,  которые  дурно  правили  своим  царством,  и  теперь  вспоминаются  недобрым  словом.  Смерть  не  побоится  твоего  высокого  сана;  опомнись,  и  прежде  её  немилостивого  пришествия  принеси  плоды  добродетели  и  собери  себе  сокровище  на  небесах,  потому  что  всё  собранное  тобою  в  этом  мире  здесь  и  останется».
     Не  простил  Государь  опальные  речи  митрополита!  По  его  приказу  митрополит  Филипп  был  низложен  и  через  год  задушен.  Да,  было  несогласие,  была  правда,  была  жестокость,  но  не  было  предательства!  Филипп  хотел  наставить  Ивана  Грозного  на  путь  истинный,  но  у  него  и  мысли  не  было  о  предательстве!
     Провидение  само  решило  судьбу  Ивана  Грозного.  В  его  правление  проявилось  противоречие  между  христианскими  истинами  и  мирскими  делами.  Христианские  истины  он  понимал  и  принимал,  но  считал,  что  они  не  обязывают  его  следовать  истинам  на  деле.  Фактически,  Иван  Грозный  погубил  династию  Рюриковичей  и заложил  основы  последующей  смуты  во  времена  самозванства.
     А  какие  прекрасные  и  задушевные  отношения  были  у  Алексея  Михайловича  и  патриарха  Никона.  Дружба,  просто  «не  разлей  вода».  Это  же  Никон  обещал  царю  Алексею  Михайловичу:

Готов  служить  и  словом,  и  рукой,
И  видеть  беды  за  житейской  шторой,
Хранить  в  Москве  надежду  и  покой
И  быть  твоей  отеческой  опорой!

     Когда  в  Москве  освободилась  должность  архимандрита  Новоспасского  монастыря,  Никон  был  приглашён  в   Москвуиз  Анзерского  монастыря  на  Белом  море.  В  1648  году  по  царскому  желанию  он  был  рукоположен  Иерусалимским  Патриархом  Паисием  в  сан  новгородского  митрополита.  А  уже  в  июле  1652  года  Никон  стал  московским  патриархом.  Да,  царь  Алексей  Михайлович  считал  его  не  только  духовным  наставником,  но  и  близким  другом:    

Да  будет  свет  у  нового  огня,
Да  обойдут  нас  мор,  обиды,  беды,
Будь  другом,  а  не  гостем  для  меня,
Нам  так  нужны  высокие  беседы!

     Переоценил  Никон  гостеприимство  и  благорасположение  Алексея  Михайловича,  и  решил,  что  он  «может  быть  другим  Государем  России»,  духовным  Государем,  равным  царю  Алексею  Михайловичу.  
     Религиозный  философ  Владимир  Соловьёв  дал  такую  оценку  Никону: «Будучи  неправ  относительно  государя  и  государства,  Никон  не  был  прав  и  относительно  народа.  Он  обратил  всю  силу   своей  власти  не  против  действительных  зол  и  бед  народной  жизни,  а  против  невинных  особенностей  национального  русского  предания».
     Так  называемые,  реформы  Никона  принесли  громадный  вред  православному  сознанию  и  положили  безвинные  жертвы  староверов  на  алтарь  бессмысленной  борьбы.  Можно  сказать,  что  это  был  первый  геноцид  церкви  против  русского  православного  люда  в  истории  России.  
     И  опять  же,  следует  подчеркнуть,  что  были  религиозные  заблуждения,  было  притязание  на  власть,  были  огромные  жертвы  и  гонения  на  староверов, но  не  было  предательства,  как  это  случилось  в  марте  1917  году.  
     И  ещё,  что  касается  жертв.  Владимир,  названный  Святым  после  крещения  Руси,  резко  изменил  свой  характер.  Когда  ему  подсказывали,  что  преступников  следует  казнить,  то  Владимир  отвечал – «Греха  боюсь!»  
     Почему  же  не  боялись  греха  последующие  князья,  цари  и  императоры?  Почему  же  так  резко  изменилось  православное  сознание?  На  эти  вопросы  однозначных  ответов  нет.  Факт  остаётся  фактом,  что  Иван  Грозный  находил  некое  удовольствие  в  истязании  себе  подобных,  а  Пётр  Великий   самолично  рубил  головы  взбунтовавшимся  стрельцам:

О,  сам  я  слишком  волосат –
Спеши!  Сообрази!
Мой  недостроенный  посад
В  помоях  да  в  грязи,
И  приглядишься – так  везде:
Дубина  и  кастет,
Да  и  в  Немецкой  Слободе
Совсем  не  высший  свет!
Мы  даже  ночь  считаем  днём,
Мы  сами  палачи –
Нам  ночью  лучше  с  кистенём,
А  днями – на  печи!
Нам  в  радость  скопище  телег,
Нам – санные  снега,
И  звон,  как  русский  оберег,
А  лучше – батога!
И  вся  Россия – недород,
А  бунт – обычный  яд,
И  я  вам  не  английский  лорд,
А  русский  азиат!
И  голова  для  нас – кочан,
А  кровь – добротный  след,
Я – не  Монарх  для  англичан,
А  варвар-самоед!
Рубить  умею,  не  ваять
И,  в  дерзости,  пороть –
Да  нам  веками  исправлять
Свой  нрав  и  злую  плоть!
Но  где  покой  на  пять  минут
И  сутки  не  в  поту?
...В  Москве  гудит  стрелецкий  бунт -
Опять  невмоготу,
Опять  узда  и  гневный  пыл,
Опять  бесовский  раж –
Я  не  забыл!  Я  торопил
Дорожный  экипаж!
Ну,  что  ж,  сестрица,  берегись –
Разделим  серебро!
...Я  поднимал  на  дыбу,  ввысь,
Виновных  за  ребро!
И  был  единый  приговор –
«В  застенках – не  жалеть!»
Тут  кровь  крюков  и  криков  хор,
И  роковая  плеть,
И  просьба  к  Богу,  между – «Пить!» -
Я  это  не  забыл!
И  я  кричал – «Рубить!  Рубить!»
И  головы  рубил!
На  ком  вина  и  не  вина –
Кто  русской  кровью  сыт?
Прости,  родная  сторона,
А  может,  Бог  простит?

     Пётр  Великий  не  считался  ни  с  чем,  ради  строительства  нового  государства  с  новой  столицей,  с  мощным  и  современным  флотом,  с  сильной  армией.  Он  считал,  что  Господь  простит  все  его  прегрешения  ради  благостного  дела.  Он  считал,  что  все  жертвы,  брошенные  жестокой  рукой  на  алтарь  Отечества,  будут  оправданы  и  Господом,  и  потомками.  Пётр  Великий  по   свидетельству  многих  современников  обладал  прекрасными  знаниями  истории  богословия.  Он  нередко  принимал  горячее  участие  в  богослужениях,  читал  «Апостол»,  пел  на  клиросе,  но  одновременно  мог  снимать  колокола  с  церквей  для  литья  пушек.  Главное  для  Петра -  новое  государство:

...Не  повернулось  время  встарь
Под  облаком  годин –
Один  я  нынче  Государь,
Один  я  Господин!
И  у  дубового  рожна
Я  всех  могу  карать –
Мне  нынче  Родина  важна
И  Воинская  Рать!
Есть  всё,  что  надобно  любить,
И  есть,  куда  мне  мчать,
А  вот  и  Дума – «Флоту  быть!»
Успела  прокричать!

     Когда  он  посчитал,  что  патриарх  и  деятели  Русской  Православной  Церкви  становятся  некоторой  помехой  для  его  великих  замыслов,  он  решил  упразднить  патриаршество  на  Руси.  Главным  помощником  в  деле  реформирования  Русской  Церкви  стал  Феофан  Прокопович.  Реформа  готовилась  постепенно.  И  25   января  1721  года  Пётр  Великий  подписал  Манифест  об  учреждении  Духовной  Коллегии,  получившей  вскоре  новое  наименование – Святейшего  Правительствующего  Синода.  Персональная  ответственность  за  все  церковные  дела,  находящиеся  в  её
ведении,  были  переложены  с  патриарха  на  коллективный  орган,  состоящий  из  12  человек,  три  члена  которых  обязательно  должны  были  быть  духовного  звания.
     Возможно,что  на  тот  момент  для  проведения  быстрых  реформ  Синод  был  нужен.  Сам  Государь  стал  главой  Русской  Православной  Церкви,  сосредоточив  в  одних  руках  всю  власть  в  огромной  Державе.  Возможно,  такое  положение  вещей  с  Русской  Православной  Церковью  пришлось  по  душе  преемникам  Петра  на  троне.  Но  этот  орган  стал  со  временем  карательным  инструментом  в  руках  последующих  государей.  По  различным  данным,  за  первое  десятилетие  после учреждения  Синода  большая  часть  русских  иерархов  побывала  в  тюрьмах,  была  бита  кнутом  и  пр.  Такого  унижения  не  претерпела  даже  константинопольская  церковь  после  турецкого  завоевания.  При  обер-прокуроре  Синода  Победоносцеве  карательная  функция  этого  органа  только  усилилась,  и  сам обер-прокурор  имел  огромное  влияние  на  Александра  Третьего  в  вопросе  усиления  крайней  реакции.
     Видимо,  члены  Синода  посчитали  себя  всесильным  органом  в  марте  1917  года,  предавая  ослабевшего  Государя.  А  кто  членам  Синода  давал  такое  право?  Они  спасали  себя,  а  не  монархию,  желая  быть  полезными  и  для  Временного  правительства.  Но  судьба  предателей  не  щадит.  Прав  был  один  древний  мудрец,  говоря,  что,  «если  боги  совершают  позорные   поступки,  то  они  не  боги».  
     Так  уж  вышло,  что  Святейший  Синод  был  сам  по  себе,  а  Православная  Русская  Церковь  и  народная  Вера  были  сами  по  себе.  Безо  всякого  Синода  в  период  великой  смуты  и  самозванства  патриарх  Гермоген  из  заточения   призывал  русский  народ  к  спасению  Отечества.  Его  поддержали  церковные  деятели.  Общими  усилиями  было  собрано  ополчение  под  руководством  Минина  и  Пожарского.  Отечество  было  спасено.    
     Русский  народ  остался  верен  Государю  и  в  период  нашествия  Наполеона.  Никаких  смут,  никаких  революций.  Русский  народ  ещё  не  был  отравлен  якобинской  заразой  и  западными  «вольностями»  и  видел  в  Государе  защитника  своих  интересов.  Особую  ненависть  к  захватчикам  у  народа  вызывало  осквернение  храмов  и  церквей.  Народ  поднялся  против  супостата,  спасая  Веру,  Царя  и  Отечество:
  
Час  до  смертного  суда,
До  излома –
Спор  окончен,  господа,
Враг  у  дома!
Слово  Бога  срочно  сей –
Этим  ценен:
Враг  в  надменности  своей
Неизменен!
Покоряет  не  простак  
Наши  топи –
Враг  уверен,  будет так,
Как  в  Европе!
По  его  законам  суд
И  награда –
На  подносе  принесут
Ключ  от  Града,
Будут  бить  земной  поклон,
Только  ждите:
Это  он – Наполеон,
Победитель!
Он  берёт  державы  в  лоб,
Дело  знает,
И  владетельных  особ
Сам  венчает,
Сам  даёт  команду – «Пли!»
С  ним  когорта,
Принцы  с  ним  и  короли
Так,  для  счёта!
То  его  подвластный  клан,
С  просьбой-стоном,
С  ним  надменный  Ватикан –
Все  с  поклоном,
Все  несут  ему  на  кон –
«Бога  ради!»
Есть  и  польский  легион
В  той  армаде!
Давит  Русь  стихийный  дар –
«Рушить  смеем!»
Ворог  в  образе  татар,
Но  наглее!
Сброд  народов  и  времён –
«Сдвинем  горы!»
...Будь  мудрей,  Багратион,
К  месту  ль  споры?
К  месту  ль  словом  воду  лить?
Все  тут  правы –
Хватит  Родину  делить
Ради  славы,
Есть  на  всё   словесный  край –
Ты  же  воин!
Пусть  главенствует  Барклай –
Он  достоин!
...Лбом  Отечеству  ударь
По  примеру –
Православный  Государь
Вспомнил  Веру,  
Вспомнил  времени  Кумир
Слово  Бога –
Есть  у  нас  Церковный  Мир:
Он - подмога!
Встанет  в  рост  у  алтарей,
Требу  справит,
И  царей,  и  не  царей,
Всех  направит!
Скажет – «Сбудется  мечта –
В  том  опека,
Не  щадите  живота
В  битве  века,
Отдавайте  сил  запас –
Мир  в  протесте,
Церковь  молится  за  вас
В  каждом  месте!»
Слово  Божие  в  цене –
Много  значит,
Русь  в  забытой  стороне
Ждёт  и  плачет!
И  Собор  Казанский  ждёт –
«Дай  дорогу!»
В  нём  Кутузов  упадёт
С  просьбой  к  Богу!
«От  молитв  не  оторвусь –
Ночи  мало!»
...Встрепенулась  с  Богом  Русь,
Застонала,
Позабыла  квас  и  сон,
Боль  от  ранок –
Колокольный  будит  звон
Спозаранок!
Потекла  по  весям  рать –
Дети,  деды:
С  Богом  будем  умирать
До  победы!
Счёт  с  Отечеством  потом –
Дело  явим,
Позже  в  сонмище  простом
Тын  поправим!
По  оврагам,  берегам  
Встретим  банды –
Нет  прибежища  врагам,
Нет  пощады!
Напрягайте  стремена,
Братья-други –
Беспощадная  война
По  округе!
Это  с  Верой  русский  стон
В  небо  взвился!
...Что  же  ты,  Наполеон,
Удивился?
Русский  звон  не  разобрал
Под  дугою?
Ты  Европою  играл,
Как  слугою!
В  ней  иной  славянский  род,
Булки  сдобней,  
В  ней  покладистей  народ
И  удобней?
В  ней  отлаженный  уют,
Без  нароста,
В  ней  отечество  сдают
Слишком  просто?
В  ней  надменнее  века,
Ниже  выя?
Тут  дубина  мужика,
Тут - Россия!
И  Россию  не  дано
Взять  измором –
С  кровью  тут  Бородино
И  со  спором!
Не  опустим  рукава –
«Русский  сдюжит!»
Опалённая  Москва
Нам  послужит,
И  восславит  москвичей
Наша  Лира!
...Нет  подносов  и  ключей,
Есть  секира!
Неподъёмен  русский  груз,
С  Верой  тонок,
Ты – пришелец  и  француз,
Не  ребёнок,
Без  молитвы  и  опор
В  злобе  срочный –
Что  ж  ты  грабишь,  словно  вор
Полуночный?
Что?  Не  слышишь  до  зари
Плач  и  стоны?
Что  ж  ты  грабишь  алтари
И  иконы?
Рушишь  старые  Кресты,
Колокольни?
...Глянь,  Всевышний,  с  высоты
И  запомни!
Возврати  обратно  тишь
В  сане  строгом –
Мы  придём  ещё  в  Париж
С  Русским  Богом!
Не  допустим  власть  ножей -
«Нет - погромам!»
И  не  будет  грабежей
Перед  домом!
Не  сорвём  с  иконок  нить –
Мы  богаты,
И  не  будем  вас  казнить,
Словно  каты!
Возвратим  беду  добром –
Станем  ближе,
На  молебен  соберём
Люд  в  Париже,
Перемелем  наш  запал
В  укоризну –
Там,  где  ваш  Людовик  пал,
Справим  Тризну!
Верь!  В  безумные  года
Правит  Правда –
Поучитесь,  господа,
Вот  как  надо!
...Удивление,  не  сон –
Боже  правый,
И  пока  Наполеон
В  Златоглавой,
В  исступлении,  без  сил,
Судит  всуе,
На  грабёж  благословил
Рать  лихую!
Только  выбор – поворот,
Скиф-народец!
...На  прощанье  Кремль  взорвёт
Полководец,
И  разроет  черепа,
И  озлится,
Людоедская  ж  толпа
Растворится,
Догорит  в  земном  огне –
В  пекле  строгом!
По  российской  целине
Ходят  с  Богом,
Ходят  в  мирной  простоте
И  с  поклоном!
...Повисела  на  Кресте
Русь  со  стоном,
Потеряла  много  сил,
Пострадала –
Бог  её  благословил,
Что  немало!
Можно  грабить  и  карать,
Править  ложно,
Покорить  Россию-Мать
Невозможно!  

    Следует  заметить,  что  и  в  1941  году,  когда  враг  подошёл  к  Москве,  и  в  1942  году,  когда  враг  подошёл  к  Волге,  не  было  ни  смут,  ни  призывов  к  революции.  Народ  спасал  Отечество  вместе  с  Русской  Православной  Церковью,  которую  Сталин  реабилитировал.
С  декабря  1917  года  у  Русской  Православной  Церкви  наконец-то  появился  Патриарх – им  стал  Тихон,  в  миру – Белавин  Василий  Иванович.  Почему  же  так  решили  большевики?  Возможно,  большевики  считали,  что  с  Патриархом  будет  проще  договориться  по  вопросу  изъятия  церковных  ценностей?  Не  случилось,  не  договорились,  и  церковные  ценности  изымали  насильственно.  Это  ещё  раз  подтверждает,  что  Синод  Времён  Петра  Великого  следовало  бы  упразднить  гораздо  раньше,  переложив  персональную  ответственность  на  единоличный  суд  Патриарха.  Не  случилось!  Не  сбылось!


© Copyright: Николай Гульнев
Перейти на страницу автора

Версия для печати
 
Жанр произведения: Лирика гражданская
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 26
Дата публикации: 17.09.18 в 09:46
 
 
Рецензии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.Нет ни одного комментария для этого произведения.
 
   
   
© 2009-2018 Stihiya.org. Все права защищены.
Гражданско-поэтический портал.
Rambler's Top100