Логин:
Пароль:
 
 
 
Гл. 10 Государь поневоле
Николай Гульнев
 

      Александр  Третий  скончался  1  ноября  1894  года  в  Ливадийском  дворце  в  возрасте  49  лет.  Скоропостижная  смерть  Александра  Третьего  автоматически  сделала  Цесаревича  Николая  Александровича  новым  Императором  необъятной  Империи.  По  воспоминаниям  близких,  новый  Император  воскликнул  со  слезами  на  глазах: «Что  я  буду  делать?  Что  будет  теперь  с  Россией?  Я  ещё  не  подготовлен  быть  царём!  Я  не  могу  управлять  Империей!  Я  даже  не  знаю,  как  разговаривать  с  министрами».  И  это  говорит  мужчина  в   возрасте  26  лет,   далеко  не  мальчик,  которого  с  детства  готовили  к  величайшему  предназначению.  Можно  сказать  в  данном  случае одно – несостоявшаяся  личность!  Его  предок  Пётр  Великий  в  17  лет  смог  свергнуть  с престола  свою  сводную  сестру т.н.  правительницу   Софью  и  отправить  её  в  монастырь.  С  Александром  Третьим  сравнивать  Николая  Второго совершенно  бесполезно.
       Некая  мистическая  атмосфера  витала  в  начальный  период  правления  Николая  Второго,  обрекая  заранее  его  царствование  на  неудачу.  Так,  невеста  нового  Императора  Алиса-Гессен-Дармштадская  прибыла  из  Германии  накануне  смерти  Александра  Третьего.  Её  крещение  по  православному  обряду  состоялось  в  церкви  Ливадийского  дворца.  Бракосочетание  нового  Царя  состоялось  менее  чем  через  неделю  после  похорон  Александра  Третьего.  А  медовый  месяц  молодых  проходил  в  атмосфере  панихид  и  траурных  визитов.   Великий  Князь  Александр  Михайлович  так  отозвался  о  новой  Императрице: «Молодая  Императрица  делала  ошибки,  незначительные  сами  по  себе,  но  равносильные  страшным  преступлениям  в  глазах  петербургского  высшего  света.  Очень  скоро  отношения  между  двором  и  обществом  приняли  натянутый  характер».  
         День  коронации  Николая  Второго  оказался  днём  страшной  трагедии  на  Ходынском  поле.  Дядя  нового  Государя  Великий Князь  Сергей  Александрович  и  он  же  московский  генерал-губернатор  организовывал  торжества  в  Москве,  связанные  с  коронацией.  Традиционная  раздача  подарков  народу  в  честь  коронации  должна  была  производиться  в  11  часов  утра  на  третий   день  после  коронации.  Толпы  людей  собрались  на  узких  улицах,  примыкавших  к  Ходынке.  Собравшийся  народ  сдерживал  небольшой  отряд  полиции.  На   самом  деле  нужен  был  целый  корпус  полиции  и  военных,  чтобы  сдерживать  толпы  людей.  Организаторы  раздачи  подарков  не  учли,  что  на  Ходынском  поле  до  этого  проводились  учения  сапёрного  батальона  и  оно  было  всё  перекопано  траншеями.  В  итоге  людской  давки  около  пяти  тысяч  человек  погибли,  а  ещё  более  были  искалечены.  Возы  трупов  на  подводах  следовали  навстречу  нового  Государя,  решившего  побывать  на  Ходынском  поле,  довершили  трагедию.  
     Наверное,  надо  было  объявить  день  траура?  Да  что  там  народ!  Нарожают  русские  бабы  новых  подданных  для  Империи.  Николай  Второй  с  супругой  в  этот  же  вечер  присутствовал  на  блестящем  балу  у  французского  посланника.  На  лице  генерал-губернатора  Великого  князя  Сергея  Александровича  сияла улыбка.
     Он  вполне  справился  с  поставленной  задачей  и  русской  кровью  отметил  день  коронации  Государя.  Представители  иностранных  держав  удивлялись  происходящему.  Известно  одно  правило:  кто  кровью  начинает,  тот  кровью  и  заканчивает  своё  правление.
     В  отличие  от  своего  отца  Александра  Третьего,  который  с  первых  дней  отсёк  поток  просьб  ближайших  родственников,  Николай  Второй  этого  не   смог  сделать.  Все  его  дяди,  желавшие  оказать  милости  своим  подопечным,  которых  у  них  было  в  избытке,  включая  и  балерин,  всякий  раз  искали  милости  и  знаки  тщеславия  во  время  приёма  их  Николаем  Вторым.  Естественно,  они  же  решались  и  поучать  нового Государя,  и  оказывать  влияние  на  государственную  политику.  Не  мог  он  поступать  так,  как  поступал  его  отец.  Не  мог  телеграфировать  в  Москву  и  сказать  Великому  Князю  Сергею  Александровичу – «Перестань  разыгрывать  царя!»  Или  ещё – «Выкинуть  эту  свинью!»  Так  Александр  Третий  написал  на  докладе,  в  котором  сообщалось  об  одном  сановнике,  который  волочился  за  чужой  женой.  Не  мог  Николай  Второй  ответить  и  так  одному  министру,  который  настаивал  в  Гатчине,  чтобы  Александр  Третий  принял  немедленно посла  некой  державы: «Когда  Русский  Царь  удит  рыбу,  Европа  может  подождать!»  Не  мог  Николай  Второй  взять  за шиворот  министра,  и  выбросить  его,  как  щенка.  Так  поступил  Александр  Третий  со  своим  министром,  который  угрожал  своей  отставкой.  И  ещё.  Когда  Вильгельм  Второй  предложил  Александру  Третьему  поделить  мир  между  Россией  и  Германией,  Александр   Третий  ответил  Вильгельму: «Не  веди  себя,  Вилли, как  танцующий  дервиш.  Полюбуйся  на  себя  в  зеркало».  Но  природа  отдыхала  на  сыновьях.  Николай  Второй  был  больше  хорошим   семьянином,  чем  посредственным  Государем.  И  ещё.  Все  сановники,  которые  подбирали  для  Николая  Второго  будущую  супругу,  не  могли  не  знать,  что  её  жалкий  род  на  протяжение  трёхсот    лет  давал  в  потомстве  мальчиков,  больных  гемофилией,  т.е.  несвёртыванием  крови,  в  случае  даже  малой  раны  у  ребёнка.  Этой  болезнью  будет  страдать  сын  Государя - Алексей,  единственный  наследник  по  мужской  линии.  
        Николай  Второй  династические  интересы  ставил  выше  государственных  интересов.  Когда  ему  говорили,  что  Великий  Князь  Алексей  Александрович  безобразно  управляет  флотом,  то  Николай  Второй  отвечал: «Как  я  могу  уволить  дядю  Алексея,  любимого  брата  моего  отца!»  Вот  как  отзывается  о  «любимом  дяде»  Великий  Князь  Александр  Михайлович: «Одно  только  упоминание  о  современных  преобразованиях  в  военном  флоте  вызывало  болезненную  гримасу  на  его  красивом  лице.  Не  интересуясь  решительно  ничем,  что  не  относилось  к  женщинам,  еде  и  напиткам,  он  изобрёл  чрезвычайно  удобный  способ  для  устройства  заседаний  Адмиралтейств-совета.  Он  приглашал  членов  совета  на  обед  во  дворец,  и  после  того,  как  наполеоновский  коньяк  попадал  в  желудки  его  гостей,  радушный  хозяин  открывал  заседание  Адмиралтейств-совета  традиционным  рассказом  из  истории  русского  парусного  военного  флота.  Это  беззаботное  сосуществование  было  омрачено  трагедией:  несмотря  на  все  признаки  приближающейся  войны  с  Японией,  генерал-адмирал  продолжал  свои  празднества,  и,  проснувшись  утром,  узнал,  что  наш  флот  потерпел  позорное  поражение  в  битве  с  современными  дредноутами  Микадо.  После  этого  Великий  Князь  подал  в  отставку  и  вскоре  скончался».  К  Цусиме  мы  ещё  обратимся.
        Известно,  что  будущего  Императора  Николая  Второго  рано  стали  принуждать  к  военной  службе.  Он  успел  побывать  в  должности  командира  эскадрона  Лейб-Гусарского  полка,  послужил  два  года  офицером  в  Гвардейской  Конно-Артиллерийской  бригаде  и  в  должности  командира  батальона  Лейб-Гвардии  Преображенского  полка  в  звании  полковника.  В  последней  должности  его  и застала  смерть  отца – Александра  Третьего.  На  этом  его  тактика  и  стратегия  закончились,  как  и  умственный  кругозор.  Правда,  от  общения  с  молодыми  офицерами,  любившими  жаркие  разговоры  о  лошадях,  балеринах  и  артистках  французского  театра,  он  вынес  любовь  к  балеринам.  Как  тут  не  сказать:

От  военной  панорамы
Нам  без  старости  седей –
Где  же,  где  же  наши  дамы,
Дамы,  вместо  лошадей?
Мы  без  них,  что  песни  спеты,
Надоели  кивера –
Поменяю  эполеты
На  монашку  до  утра!
Или  лучше  на  вакханку –
Будет  пляска,  ну  и  ну!
А,  подняв  повыше  планку,
Полюблю  потом  княжну!
...Нам  походы,  трубы,  марши,
Нам – «Победою  владей!»
Где  же,  где  же  дамы  наши,
Дамы  вместо  лошадей!

      Давно  известно,  что  офицерская  среда  Российской  Империи  никогда  не  отличалась  целомудрием.  Естественно,  откровенные  разговоры  в  офицерской  среде  не  прошли  даром  для  будущего  Императора.  С  1892   года  по  1894  год  известная  балерина  Матильда  Кшесинская  была  любовницей  Цесаревича  Николая.  После  любовных  связей  с  Николаем,  она  стала  любовницей  Великого  Князя   Сергея  Михайловича,  а  потом  стала  любовницей  Великого  Князя  Андрея  Владимировича.  Так  что,  великие  князья  в  отношении  с  женщинами  ничем  не  отличались  от  обычных  офицеров – повесы  даже  в  статусе  великих  князей  есть  обычные  повесы:  

Что  для  тебя  святые  мессы,
Когда  мечтал  ты  не  о  том?
...Увы,  поветрие  повесы
Пришло  с  Андреевским  Крестом!
И  всех  расставили  по  реям,
Чтоб  грех  прошедший  искупить,
Но  мы,  крещёные  Андреем,
Не  зарекались  дам  любить,
Не  шли  в  святилище  от  страха,
А  шли  туда,  где  ветер  зол,
И,  «преподобие  монаха»,
Не  надевали  под  камзол!
Нам  покаянных  мало  книжек,
Нам  мало  выкрика – «Держи!»
Ведь  сил  порой  такой  излишек,
Что  только  даму  покажи!
И  мы  пойдём!  Пойдём  без  дрожи,
Разгулом  истины  решать!
...Десятой  заповедью  всё  же
Нас  в  300  лет  не  удержать!
Как  говорят – не  ставьте  пробы,
Без  смысла  праведный  резец –
Признаться,  царские  особы,
И  нам  века  не  образец,
Не  образец  и  образ  близкий,
Что  оказался  напоказ –
Прошли  «науку»  у  Кшесинской
Князья  Великие  не  раз!
Не  им  вопросы - «Кто  ты?  Где  ты?»
Слова  заглушит  бархат  лож –
Рифмуй – «балеты-эполеты»,
И  ты  Кшесинскую  поймёшь,
И  пробурчишь,  зевая  сонно -
«Великий  Князь  не  может  ждать!»
Грехи  Дворца  и  гарнизона –
Одна!  Едина  благодать!
Но  не  кричи – «Повесам  слава!»
Не  славься  похотью  горилл,
Но  знай  одно,  главой  Устава,
И  Пётр  себя  приговорил!
Сорвал  покров,  покуролесил,
Раздал  до  срока  липкий  страх –
Сам  на  весах  Россию  взвесил,
А  дам – на  собственных  руках!
И  что  ему  пустая  фраза?
Река  желания  течёт:
Цари  не  ведают  отказа,
Им  и  согласие  не  в  счёт!

     Делая  определённые  выводы  из  военной  подготовки  будущего  Императора,  можно  сказать,  что  Николай  Второй  был  Главковерхом  по  должности,  а  не  по  уровню  военных  знаний.  Не  доверяя  своим  близким  родственникам,  кроме  любимого  дяди  Александра  Михайловича,  который  умело и  губил  русский  флот,  
Николай  Второй  окружал  себя  выходцами  из  западных  губерний,  далеко  не  русских  людей,   служивших  в  первую  очередь  царю,  а  потом  России:  

России  смутной  не  советуй –
Свой  нрав  над  временем  держи,
Но  почему  остзейской сектой  
Мы  заполняем  этажи?
И  почему  родные  грани
Лишь  на  закладках  старых  книг?
А  где  же  русские  дворяне -
Потомки  предков  столбовых?
Где  флотоводцы–воеводы,
Где  новых  дел  благая  высь?
Ах,  да!  Под  выпушкой  свободы
Благие  помыслы  свелись!
И  нет  отца  в  повторе  сына,
Нет  командира  в  царстве  вод –
Не  служит  Родине  детина,
А  добивает  свой  приход!
И,  по  случайности  лощёный,
Игральной  карте  служит  он,
До  нервной  клетки  развращённый
С  екатерининских  времён!
И,  в  холодке  округой  тесной,
Где  с  голодухи  умер  гном,
С  утра  душой  мелкопоместной
Готов  судачить  обо  всём!
О  всех  проблемах  Реставраций,
О  давней,  княжеской  поре,
О  торжестве  великих  наций
И  якобинском  топоре!
Он,  как  знаток,  заметит  сонно,
Зевая  в  тусклое  окно –
«А  всё  же  зря  Наполеона
Мы  привели  к  Бородино!»
Не  размышляй,  бери  за  моду
И  якобинские  года –
«Наполеон  бы  дал  свободу –
Я  уверяю,  господа!»
Он  Герцен  в  выдумке,  и  баста,
Он растерял  державный  дар,
И,  коль  судить,  для  Государства,
Отныне  трутень,  не  гусар!
И  что  там  царская  опала?
Он  служит  звонкому  Тельцу –
Случайный  воск,  пеньку  и  сало
Продаст  заморскому  купцу!
Товар  прикупит  тут  же  «свейский»,
Супруге  праздничный  наряд –
Не  для  него  кимвал  гвардейский,
Ему  родней  Гостиный  ряд!
Ему  б  полегче  выбрать  ранец,
Успеть  бы  с  девой  на  пикник –
В  Английском  клубе – вольтерьянец,
В  родной  усадьбе – крепостник!
Он  снял  давно  с  землицы  сливки,
Свои  порушив  терема –
Остались  рабские  обрывки
Стремлений,  вымыслов,  ума!
Порой  фрондёрские  потуги –
В  себе  не  предка  узнаём,
И  жизнь  в  хвалёном  Петербурге
За  землю,  сданную  внаём!
Приёмы,  столики  и  залы –
В  сторонке  строй  и  кивера,
Тут  большей  частью  либералы
Без  либерального  Двора!
Тут  вечный  вымысел  свободы
Цени  восторженно  на  слух –
Там,  у  Европы  моды–воды,
И  не  крестьян  сермяжный  дух!
Там  не  в  ходу  родная  сытость,
Там  не  дубиной  бьют  под  дых,
И  ты  там  больше  знаменитость,
Чем  у  прислужников  своих!
Там  деньги – главная  преграда,
Там  веселей  и  чище  быт,
Там  и  коня  седлать  не  надо,
Коль  сбор  державный  протрубит,
Там  нет  трудов  больных  и  адских,
Там  русский  голос  вовсе  стих –
Там  нет  в  стремлении  Пожарских,
И  нет  в  повторе  Трубецких!
И,  пред  торговыми  рядами,
Где  бьёт  напиток  золотой,
Приятно  числить  господами
Свой  род  надменный  и  пустой!
Но  час  притворный  в  жалком  стане,
Как  век  душевной  голытьбы,
И  не  понять – кто  есть  дворяне,
А  кто - наследные  рабы?
И  кто  в  пажи  идёт  отныне,
Кто  поступает  в  Корпуса?
Кто  служит   Матери-Святыне
И  кто  идёт  под  паруса?
Но  Флаг  с  Крестом  несут  эскадры
С  холодным  ветром  по  пути -
Ведут  их  чаще  Эбергарды,
Типольты,  Беренсы,  Битти!
Не  перечесть – и  те,  и  эти
Они  же – свет  календаря,
Но  не  за  Родину  в  ответе,
И  не  в  ответе  за  царя!
Они  воспитаны  и  биты,
Они  всевластию  нужны,
Хотя  отчасти  фавориты,
Но  лаской  все  окружены!
Не  поленись  в  труде,  спроси  их,
А  я  ответ  вам  говорю –
Они  ведь  служат  не  России,
А  венценосному  царю!
Поймём  и  прошлое  оценим,
По  русским  силой  полоснём,
Но  ничего  уж  не  изменим
Под  пожирающим  огнём!
И  всё  смешает  мир  подлунный –
Могильный  крест  и  аналой,
Надворный  чин  и  выкрест  думный,
Холопий  и  дворянский  слой!
Они  не  с  фактом  нынче  дружат,
Им  по  нутру  дворянский  хлам -
Они  Романовых  окружат,
Расставив  вешки  по  углам!
И  не  спасут  в  стихии  адской,
И  не  продолжат  с  чернью  спор -
Отсчёт  от  глупости   Сенатской,
Как  обречённым,  приговор!  

     Так,  в  свите  Великого  Князя  Бориса  Владимировича,  отправлявшегося  в  Сиам,  были:  Граббе,  Кубе,  Унгерн-Штернберг  и  личный  секретарь  де  Шек.  Ходила  среди  русских  офицеров  даже  присказка: «Эссен,  Кербер,  Винтер,  Корафт,  Вирен,  Ферзен,  Эбергардт!»   К  1914  году  50%  высоких  командных  должностей  в  русской  армии  и  флоте  занимали  вот  такие  командиры  и  начальники,  и  не  все  они  проявили  себя  должным  образом.  Но  это  был  выбор  Императора.
     1905  год  стал  роковым  в  истории  России  и  последующей  судьбе  Николая  Второго.  Русско-японская  война  стала  некой  проверкой  всего  того,  что  мы  усвоили  и  какие  сделали  выводы  после  поражения  в  Крымской  войне.
     Для  России  войны,  как  всегда,  начинаются  неожиданно.  Вроде  знаем,  что  война  на  пороге,  вроде  готовимся  к  войне,  ан  нет!  Всё  одно  неожиданно!  Но  самое  главное,  что  за  всю  историю  войн,  которые  вела  Россия,  мы  или  переоценивали  противника,  как  было  в  войне  с  Наполеоном  в  1812  году,  или  недооценивали  противника,  как  оказалось  в  войнах,  которые  вёл  Пётр  Первый,  и,  особенно,  в  Русско-японской  войне.  Вот  поразительные  примеры  недооценки  японского  флота  и  самонадеянность,  царившая  в  среде  государственных  мужей,  отвечающих  за  безопасность  Отечества.  Они,  может  быть, не  знали,  что  Япония  на  деньги  вечных  союзников  и  вечных  врагов  России  построила  совершенно  новый  флот?  Да  наверное  знали!  Но  вечная  русская  беспечность  и  вечное  «авось»  до  того  въелись  в  мозги  и  поры  государственных  мужей,  что  от  них  ожидать  взвешенных  и  продуманных  решений  не  приходилось.
    Известный  Великий  Князь  Алексей  Михайлович,  «любимый  дядя»  Николая  Второго,  отвечавший  за  строительство  и  подготовку  русского  флота,  заявил  так: «Наши  орлы  проучат  желтолицых  обезьян!»  Вот  как  описывает  Великий  Князь  Александр  Михайлович  встречу  с  Морским  министром  адмиралом  Авеланом  и  начальником  Главного  морского  штаба  адмиралом  Рожественским  после  нападения  японцев  на  Порт-Артур: «От  волнения  глаза  Авелана  лезли  прямо  на  лоб.  А  Рожественский  заявил,  что  готов  немедленно  отправиться  в  Порт-Артур  и  встретиться  с японцами  лицом  к  лицу.  Я  вполне  отдаю  себе  отчёт  в  том,  что  мы  не  имеем  ни  одного  шанса  победить  в  борьбе  с  японцами».  Значит,  состояние  своего  флота  и  вновь  построенного  японского  флота,  наши  «флотоводцы»  точно  знали,  продолжая  высмеивать  японцев.  Беспечность,    безответственность  и  ещё  раз  беспечность!  На  флоте  бестолочь  надолго,  а  бестолковость  навсегда!  Другого  вывода  не  отыскать!
       Посылать  или  не  посылать  русский  флот  на  верную  гибель?  Две  недели  эта  проблема  обсуждалась  в  кабинетах  «флотоводцев»,  в  царском  кабинете  и  в  прессе.  Решение  о  направление  русского  флота  на  верную  гибель  принял  лично  Николай  Второй.  Результат  известен.  !4  мая  1905  года  курьер,  прибывший  от  Морского  министра  Авелана,  принёс  сообщение:  «Русский  флот  уничтожен  в  Цусимском  проливе,  а  адмирал  Рожественский  попал  в  плен».  Ко  всеобщему  стыду  и  позору  для  русского  флота  три  корабля  спустили  Андреевские  стяги  перед  японцами.  Такой  позорный  случай,  как  спуск  Андреевского  флага,  случился  раньше  в  мае  1829  года,  когда  командир  фрегата  капитан 2 ранга  Стройницкий  решил  сдать  корабль  туркам,  хотя  офицеры  приняли  решение  драться  до  «последней  капли  крови»,  как  того  требовал  Морской  Устав  1720  года.  Безобразное  начало  войны,  трагическая  гибель  русского  флота,  неготовность  николаевской  России  и  самого  Николая  Второго  к  разумным  и  взвешенным  решениям,  вели  Отечество  и  Самодержца  к  печальному  концу:  

Ответь,  Монарх,  зачем  нам  войны,
Зачем  изрубленный  солдат?
А  может  быть,  и  мы  достойны
Прожить  хотя  бы  век  без  лат?
Без  острой  пики  и  забрала,
Без  крика – резать  и карать?
Чтоб  не  сиротски  прозябала
В  глуши  стареющая  мать,
Чтоб  сыновья  её  у  дома
Смогли  забыться  сладким  сном,
И  чтобы  был  у  чернозёма
Хозяин  с  плугом  и  конём,
Чтоб  поднимался  колос  спелый,
Чтобы  держали  стремена,
И  чтобы  всадник  ошалелый
Не  прокричал – «Война!  Война!»
Чтоб  поднимались  в  зиму  пожни,  
Чтоб  правил  русский  грамотей,
И  чтобы  стол  пустопорожний
Не  стал  привычкой  для  детей,
Чтоб  были  деньги  и  науки,
Забор  в  порядке  и  венцы,
И  чтобы  дедов  знали  внуки,
И  были  трезвыми  отцы!
Веками  русская  досада –
В  кровавый  бой  ведут  пути!
Кому-то  надо!  Очень  надо
Мою  Россию  потрясти,
Прибрать  к  рукам  Святую  Веру,
Леса  и  степи,  заодно!
Всё  нет  покоя  гренадеру,
И  всё  зовёт  Бородино!
...Но  что  в  веках  скрывают  даты
И  бесконечный  суховей?
Быть  может,  мы  и  виноваты
В  обидной  участи  своей?
А  что  цари  и  наши  баре?
Что  там  пылает  и  горит?
Скрыт  политический  гербарий,
Лишь  сын  Зевеса  говорит!
Своей  рукой  рубилась  плаха
Века  на  Матушке–Руси!
И  не  у  Бога,  у  Монарха,
Спроси,  невежество,  спроси,
Спроси,  когда  беда  накатит,
Спроси,  кто  нужен  ко  Двору?
А  может,  хватит,  может,  хватит
Вести  Отчизну  к  топору?
А  может,  хватит  русской  порки?
А  может,  хватит  смутных  дней?
Нам  европейские  задворки
Важней,  привычней  и  нужней!
Важнее  их  дворцы  и  шпицы,
Важней  славянская  цена,  
А  наш  удел – Аустерлицы,
И  в  кой-то  век – Березина!
Они  летят  под  парусами,
У  них  хорош  защитный  вал,
А  мы  себя  толкаем  сами
То  в  злую  пропасть,  то  в  провал!
За  что  с  меня  такая  плата,
За  что  кровавый  завиток?
Какая  Звёздная  Палата
Ведёт  в  горячке  на  Восток?
Кто  так  решил,  какие  цели
Толкают  времени  вдогон?
Какие  слуги–пустомели
Кровавый  строят  полигон?
И  что  за  Царь  великих  наций
Разбавил  кровушкой  вино?
Кто  под  покровом  декораций
Ведёт  Отечество  на  дно?
Когорта  мудрых  поредела –
Скатилась  в  бездну  голова,
И  у  крестьянского  надела
Рыдает  русская  вдова.
... Не  плуг  от  прадеда  и  деда
Достался  с  вестью  красоты,
И  мне  досталась  не  победа –
А  марши,  плиты  и  кресты!
И  я  несусь,  как  в  море  плашка,
Ищу  не  дом,  хотя  бы  мель,
На  мне  не  мирная  рубашка,  
А  гимнастёрка  и  шинель!
И  не  мои  вершатся  планы –
Заглохли  в  спешке  бубенцы,
И  я  свои  врачую  раны,
И  глажу  бранные  рубцы,
И  плохо  мне,  и  очень  плохо,
И  что-то  сдвинулось  в  умах,
А  рядом  поросль  скомороха
Справляет  похоть  в  теремах!
И  я  историю  сминаю,
И  болью  времени  кричу –
«И  умереть  за  что - не  знаю,
И  жить  в  позоре  не  хочу!»
Так,  где  же  ты,  Великий  Витязь?
Где  вековой  славянский  круг?
Проснитесь,  русские,  проснитесь
И  разбудите  русский  дух!
Идём  без  истины  и  брода,
Глашатай  времени  оглох,
И  не  поймёшь,  где  воевода,
А  где  обычный  демагог,
Где  свет  загадочного  нимба,
А  где  задумка  подлеца?
А  у  чиновного  Олимпа
Стоят  апостолы  Тельца!
Что  разделили – то  украли,
Тут  чернь,  а  рядом – господа:
Сегодня  время  без  морали,
Без  норм,  без  права  и  суда!
А  подлость  в  розовом  протесте –
Гляди,  пошлёт  отмашку  Он,
Служебный  Долг – в  банальной  лести
Перед  Наместником  времён!
Кто  совесть  русскую  разбудит,
И  кто  рассудит  мерзость  нот?
Жаль,  за  угодливость  не  судят
И  не  ведут  на  эшафот!
А  дымный  год  вмещает  месяц,
А  день  пророчит  в  пустоте,
И  Русский  Воин–Страстотерпец
Лежит  на  дедовском  щите,
А  туча  стрел  несётся  рядом -
В  кровавых  подвигах  виски,
Надел  общинный  выбит  градом
И  засыхают  колоски,
И  плач  сирот,  и  злое  детство,
И  от  лихих  времён  вдова,
И  вечно  русское  наследство –
Кольчуга,  меч  да  булава!

      Русско-японская  война  1904-05  годов  началась  из-за  борьбы  за  господство  в  Корее  и  Северо-Восточном  Китае.  Война  была  начата  Японией  в  январе  1904  года  с  нападения  на  Порт-Артур.  Известно,  что  русская  армия  под  руководством боевого  генерала  Р.И.Кондратенко  до  декабря  1904  года  выдержала  четыре  штурма.  После  гибели  Кондратенко  Порт-Артур  был  сдан  японцам  генералом  Стесселем,  любимцем  и  назначенцем  Николая  Второго.  
      Оценивая  поражение  русской  армии,  генерал  Деникин  в  эмиграции  писал: «Я  не  закрываю  глаза  на  недочёты  нашей  тогдашней  армии.  Но,  переживая  в  памяти  эти  страдные  дни,  я  остаюсь  в  глубоком  убеждении,  что  ни  в  организации,  ни  в  обучении  и  воспитании  наших  войск,  ни  тем  более  в  вооружении  и  снаряжении  их,  не  было  таких  глубоких  изъянов,  которыми  можно  было  бы  объяснить  беспримерную  в  русской  армии  Мукденскую  катастрофу.  Никогда  ещё  судьба  сражения  не  зависела  в  такой  фатальной  степени  от  причин  не  общих,  а  частных.  Я  убеждён,  что  стоило  лишь  заменить  заранее  нескольких  лиц,  стоявших  на  различных  ступенях  командной  лестницы,  и  вся  операция  приняла  бы  другой  оборот».  Боевой  генерал  Н.Н.Юденич  до  конца  своих  дней  говорил,  что  эту  войну  проиграл  не  русский  солдат.  Остаётся  только  посвятить  балладу  русскому  солдату:

Какому  Господу  внимаем?
Какие  силы  повели?
И  почему  мы  защищаем
Клочок  неведомой  земли?
Но  кто  услышит  наши  стоны?
Тут  голоси  не  голоси!
Куда  ты  гонишь  эшелоны,
Мой  Государь  всея  Руси?
И  что  распустится  из  почек
У  обретённого  угла?
Готов  ли  лакомый  кусочек
Для  вседержавного  Орла?
Ты  оцени  свои  просторы –
Прильни  к  родимым  родникам,
И  погляди – леса  и  горы,
И  степь  скучают  по  рукам,
Скучают  пни  и  лесосеки,
Озёра,  нивы  и  луга,
И  удивлённо  смотрят  реки
На  золотые  берега!
К  чему  нам  вёрсты  в  диком  споре?
Вот  цвет  болотной  череды -
   Брось  пояс  пробковый  подворью,
Верни  крестьянские  труды,
Верни  потерянные  трели,
Не  ставь  деревню  кверху  дном,
Ведь  наши  крылья  обгорели
Под  севастопольским  огнём,
И  командир  под  сердце  ранен,
А  флот  растоптан  каблуком!
... Спешит  в  шинелишке  крестьянин
С  двойной  обоймой  и  штыком.
Неси,  отеческая  фура,
Под  перепляс  позорных  дней,
Неси  к  восходам  Порт-Артура -
Там  боль  крестьянская  видней,
Там  ночь  темна,  но  месяц  ясен,
А  всякий  сумрак  болью  сжат,
И  вроде  выстрел  неопасен,
Но  тут  лежат  и  там  лежат,
И  нет  бойца  для  обороны,
А  пуля  рядом – значит,  взмок,
И  реже  крики,  чаще  стоны,
А  меж -  махорочный  дымок!
И  закрывает  время  створки -
Себя  пропащим  числишь  ты:
Кусты,  окопчики,  пригорки,
Дымочки,  сопочки,  кресты!
Но в смерти будь,как в жизни – равным,
Дели  по-братски  сухари,
Умри,  солдатик,  православным,
А,  коли  жив,  одно  умри!
Помянут  брагой  и  блинами,
Утрут  слезу  без  миткаля!
Но  как  сказать – «Россия  с  нами!»
Коль  здесь  не  русская  земля?
Надраив  медь,  готовьте  ноты,
И  заглушите  грешный  гам,
А  вальс  «Маньчжурские  высоты»
Пропойте  нищим  по  слогам!
Ведь  песнь – великая  опека,
В  восторге  просто  подрасти,
Прости  Отечество,  калека,
Прости,  безумное,  прости!
Благодари!  Вот  хлеба  корка,
Вот  скатки  ком  и  вещмешок,
С  крестом  солдатским  гимнастёрка,
Проси – нальют  на  посошок!
Давай,  деревня,  без  истерик,
Попробуй  горькую  до  дна,
Японий  много  и  Америк,
А  Русь  безродная - одна!
И  не  считай  себя  пропавшим,
И  повтори - «С  Россией  Бог!»
Не  торопись – мы  поле  вспашем,
Тут  деревяшка – там  сапог!
Найдётся  случай  смертным  плавкам,
Прервётся  оторопь  твоя –
Гляди!  Сидят  ещё  по  лавкам
В  штанах  холщёвых  сыновья,
Вокруг – вселенское  раздолье
И  васильки  твои  во  ржи,
Ты  расскажи  о  русской  доли,
А  выпьешь – снова  расскажи!
Поверь,  найдутся  в  ульях  соты,
Полштофа  водки  и  вода -
Давай,  за  гиблые  высоты,
За  жизнь  и  волю,  как  всегда!
Ты  всей  округи  нынче  главный,
Ведь  у  тебя  геройский  вид -
Живи,  солдатик  православный,
Живи!  Так  Родина  велит!
Стоп,  гармонисты!  Что  вы  сникли?
Что  не  успели  передать?
А  бабы  что  ж?  Они  привыкли
По  убиенномурыдать!
Да  что  вы,  Господи,  о  смерти –
Ведь  жизнь  в  Отечестве – пятак!
Всё  будет  так!  И  будут  дети!
А  может,  будет  всё  не  так?
Допьём  стакан  на  тризне  братской -
Ещё  одну!  Ещё за  ней!
Быть  трудно  вдовушкой  солдатской,
А  быть  солдатиком – трудней!
Но  надо  жить,  не  глядя  в  оба,
Пилить  родные  деревца –
Родит  крестьянская  утроба
России  нового  бойца!
И  будет  крик,  и  будет  схватка
Под  взглядом  Правого  Орла,
Давай,  солдатик,  без  остатка,
Давай  по-братски – из горла!
И  не  смотри  на  долю  хмуро –
За  всё  заплачено  сполна,
А  на  высотах  Порт-Артура
Стоит  не  наша  тишина!

       Беспримерный  трагический  исход  той  войны  оставил  отклик  в  виде  песни на  все  времена!  Ведь  многие  ветераны  той  войны  до  конца  своих  дней  пели  песню  «На  сопках  Маньчжурии».  Да  и  сейчас  слова  и  музыка  не  оставляют  равнодушными  потомков  тех  солдат,  которые  полегли  в  чужой  земле.  Напомню  по  этому  случаю,  что  слова  песни  принадлежат  С.Г.Петрову, литературный  псевдоним – Скиталец,  а  музыку  написал  А.И.Шатров:

Тихо  вокруг,
Сопки  покрыты  мглой,
Вот  из-за  туч  мелькнула  луна,
Могилы  хранят  покой.
Белеют  Кресты –
Это  герои  спят.
Прошлые  тени  кружатся  вновь,
О  жертвах  в  боях  твердят.
Тихо  вокруг,
Ветер  туман  унёс.
На  сопках  Маньчжурии  воины  спят,
И  русских  не  слышат  слёз.
Пусть  гаолян
Вам  навевает  сны,
Спите,  Герои  Русской  Земли,
Отчизны родной  сыны!

      В  России  исторически  сложилось  так,  что  просчёты  и  недочёты  царей  и  воевод  стремится  хоть  как-то  сгладить  русский  солдат.  Также  было  и  в  этой  войне,  когда  на  фоне  дремучего  невежества  Николая  Второго  и  его  окружения,  начавших  войну,  был  совершён  подвиг  личным  составом  крейсера  «Варяг».Корабль  был  спущен  на  воду  в  1899  году.  После  боя  с  японской  эскадрой  8  февраля  1904  года  был  затоплен  командой  на  рейде  Чемульпо.  С  окончанием  войны,  поднят  японцами.   Вошёл  под  названием  «Сойя»  в  состав  японского  флота.  В  1916  году  был  выкуплен  у  Японии.  После  революции  перешёл  с  Севера  для  ремонта  в  Англию.  Из-за  отказа  оплатить  расходы  на  ремонт  новым  правительством,  был  продан  на  слом.  Погиб  при  буксировке   во  время  шторма  в  Ирландском  море.  Разобран  на  металл  в  1925  году.
      Корабля  нет,  но  осталась  память  о  русских  моряках  в  песнях  и  былинах.  Недавно  Андреевский  Флаг  был  передан  на  временное  хранение  Российскому  Флоту  корейской  стороной.


Осталась  боль,  осталась  правда,
Что  стала  славною  судьбой –
Была  японская  армада
И  беспощадный  встречный  бой,
И  Крест  Андреевского  Флага,
И  от  обиды  тяжкий   стон,
И  Честь  спасённая  «Варяга»,
И  бездна,  бьющая  в  кингстон!

       Ещё   более  трагическая  участь  досталась  броненосцу  «Петропавловск»  и  вице-адмиралу  С.О. Макарову.   Вице-адмирал  С.О.Макаров  в  1904  году  в  течение  всего  32  дней  был  командующим  1-й  Тихоокеанской  эскадрой  и  командующим  флотом  Тихого  океана.  За  это  время  вышел  в  море  6  раз.  Погиб  31  марта  1904  года  вместе  с  эскадренным  броненосцем  «Петропавловск».  Это  общеизвестные  исторические  факты.
       В  1955  году  в  Америке  вышла  в  свет  книга  под  заглавием  «Порт-Артур.  Воспоминания  участников».  Уместно  привести  доселе  неизвестные  нам  факты.    
       Вот  некоторые  из  них.  «Как оказалось  на  «Петропавловске»  было  не  100,  а  18  мин  заграждения.  Мины  заграждения  составляли  часть  вооружения  линейных  кораблей.  Никто  никогда  не  говорил  о  возможности  детонации  мокрого  пироксилина  в  тех  условиях,  в  которых  это  произошло.  Наоборот,  все  опыты  в  пороховых   лабораториях  подтверждали  безопасность.  Химики  считали  это  установленным.  Запальные  стаканы  с  шашками  сухого  пироксилина,  необходимого  для  взрыва  влажного  пироксилина  в  непосредственном  с  ним  контакте,  хранились  в  особом  погребе,  в  кормовой  части  корабля.  Нужен  был  какой-нибудь  несчастный  случай,  чтобы  обратить  внимание  специалистов  на  опасность  присутствия  мин  на  судах.  Судьбе  угодно  было,  чтобы  выбор  этого  случая  пал  на  «Петропавловск»  с  его  драгоценным  грузом».
        Как  пишет  участник  тех  трагических  событий,  было  известно,  что  накануне  выхода  «Петропавловска»  в  море,  ночью  было  замечено  маленькое  японское  судно,  что-то  делавшее  на  фарватере.  На  этот  факт,  по  воспоминаниям  участника  тех  событий,  Макаров  сказал: «Надо  утром  протралить!»  Почему  это  не  было  сделано?  Почему  никто  не  подстраховал  адмирала?  Это  уже  проблема  организации  работы  штаба  и  ближнего  окружения  адмирала.  Далее  участник  событий  пишет: «Трудно  себе  представить,  какому  умственному  напряжению  был  подвергнут  мозг  адмирала  с  момента  приезда  в  Порт-Артур.  Эскадры  не  существовало – были  только  корабли,  из  них  три  выведены  из  строя.  Настоящего  начальника  оперативной  части  не  было.  Великий  Князь  Кирилл,  занимавший  эту  должность,  не  был  к  ней  подготовлен.  Моё  совершенно  определённое  мнение,  что  в  этот  день  Макаров  совершил,  быть  может,  упущение,  временно  забыв,  но  не  ошибку  или,  тем  более,  глупость».
        Остальное  известно.  С  гибелью  Макарова  и  остатки  русского  флота  были  потеряны.  Остаётся  только  сокрушаться  и  удивляться  тому  решению  царского  правительства  и  ближнему  окружению  царя,  которое  ввергло  Россию  в эту  позорную  войну:

Так  верчусь,  что  я  сам
Электричество –
Мне  не  к  месту
Придворная  знать,
И  кричу  ему –
«Ваше  Величество!
Ну,  не  надо  войну
Начинать!»
Что  вам  голые  сопки
Маньчжурские?
Для  чего  нам  в  огне
Полыхать?
Мы  крестьяне!
Мы  русские,  русские –
Нам  бы  землю
Пахать  да  пахать!
Что  Японии  нам
Да  Америки?
Сохраните
Андреевский  Стяг?
Не  созрели  ещё
Офицерики,
Да  и  Русь  поголовно
В  лаптях!
Вон,  деревни  выходят
Со  стонами,
Бросив  пашни  свои
На  потом!
И  куда  нас  везут
Эшелонами?
И  зачем  осеняют
Крестом?
Не  гонитесь  за  Истиной
Мнимою,
Не  решайте  мечами
Дела,
Верьте  мне –
Захлебнётесь  Цусимами
И погубите  все
Вымпела!
Извините,
Ребятки  служивые,
Будем  поле
Кровавое  жать –
При  Царе  нашем  
Выродки  лживые,
Им  бы  только  себя
Ублажать!
...Вот  и  новое  времечко
Встретили,
Вот  и  вырос  до  щуки
Карась,
Только  те  же  при  власти
Радетели –
Та  же  слизь,
Та  же  подлость  и  мразь,
Те  же  звёзды,
Шевроны  и  плечики,
Тот  же  выход
И  пламенный  крой –
Лейб-лакеи,  шуты,
Камергерчики
И  подносы
С  державной  икрой!
А  из  прошлого -
Фантики-бантики,
И  на  жирных  мордашках
Печать –
Вы  простите  поэта,
Солдатики,
Он  о  том  лишь  готов
Прокричать!

       Россия  проспала  Японию.  Японию  вооружали  на  чужие  кредиты,  заново  создавая  новейший  флот.  Оценивая  сегодня  соотношение  сил,  можно  утверждать,  что  японский  флот  имел  преимущество  в  бронировании,  эскадренной  скорости – 16-18  узлов  против  12-13  узлов,  и  мощности  артиллерийского  огня – 360  выстрелов  в  минуту  против  134.  Наши  снаряды  в  10-15 раз  уступали  по  фугасному  действию  японской  стороне.  Потери  российского  флота  составили:  8  эскадренных броненосцев,  один  броненосный  крейсер,  один  броненосец  береговой  обороны,  4  крейсера,  один  вспомогательный  крейсер,  5  миноносцев  и  несколько  транспортов  и  т.  д.
       Удивляет  одно!  В  каких  буйных  головах  созрело  решение  о  посылке  эскадры  Рожественского  с  отрядом  Небогатова  на  верную  гибель?  Кстати,  по  воспоминаниям  участников  тех  трагических  событий,  офицеры  до  конца  верили,  что  эскадру  вернут  обратно.  Они  знали,  что  их  ожидает.  Они  выполнили   свой  Долг  и  Присягу.  Но  все  они – мученики  Долга!  Вечная  им  память  и  слава.  
       Нам  остаётся  только  отдать  Долг памяти  русскому  воинству:

Провожая
Эскадру  в  поход,
Не  пройдите
С  удачею  мимо!
Что–то там
Напророчил  восход?
Что–то  там
Замышляет  Цусима?
А  пока -
Все  стоят  по  местам,
Не  назначена
Смертная  дата,
Флот  готов,
И  Россия  не  там,
А  у  сумрачных  стенок
Кронштадта!
Обратитесь
К  старинным  Богам,
Отвернитесь
От  вечного  спора -
Не  ходите
К  чужим  берегам,
И  не  станьте
Частицей  позора!
Шпиль  гудит
И  блестят  якоря,
«Флаг  до  места!» -
Сигнальщик  хлопочет!
Эх,  Россия,
А  всё–таки  зря,
Умирать  и  Россия
Не  хочет.
...Отдавайте  долги
Старине,
Вспоминайте
Хотя  бы  «Варяга» -
Бескозырка,
Венок  на  волне
И  салют
В  честь  Российского  
Флага!

       И  снова  непонятные  мистические  совпадения!  Известие  о  гибели  русской   эскадры  в  Цусимском  проливе  доставили  Николаю  Второму  в  9-ю  годовщину  его  Коронации:  14  мая  1905  года,  а  его  наследнику,  сыну  Алексею,  в  этот    день  исполнилось  ровно  девять  с  половиной  месяцев.  По  мнению  одного  из  Великих  Князей  Николаю  Второму  после  такого  позорного  поражения  и  унижения  русского  флота,  следовало  бы  отречься  от  трона,  не  дожидаясь  очередной  войны.  Николай  Второй,  выслушав  трагическое  сообщение,  только  молча  закурил  папиросу.
      А  в  это  время  вся  Россия  бунтовала,  сжигая  помещичьи  усадьбы,  желая  стереть  с  лица  земли  всех  владельцев  земель.  Бастовали  рабочие,  заговорщики  и  т.н.  революционеры  убивали  высших  должностных  лиц,  произошёл  мятеж  на  Черноморском  флоте.
      Полиция  не  справлялась  с  умиротворением  бастующих,  прося  помощи  от  Государя  в  виде  гвардейских  частей  или  казаков.  Латыши  и  эстонцы  с  жестокой  регулярностью  уничтожали  своих  ненавистных  баронов.  По  всей  России  прокатилась  волна  еврейских  погромов.  И  самое  позорное  для  гвардейских  частей  также  случилось – в  декабре  1905  года  Лейб-Гвардии  Семёновский  полк  прибыл  в  Москву  для  подавления  восставших  на  Пресне.
      6  августа  1906  года  был  подписан  царский  Манифест  о  созыве  Госдумы,  обладавшей  совещательными  правами.  По  мнению  Великого  Князя  Александра  Михайловича  отныне  Николай  Второй  стал  пародией  на  английского  короля.  Наша  интеллигенция  получила  наконец-то  долгожданный  парламент.  «Сын  Императора  Александра  Третьего  соглашался  разделить  свою  власть  с  бандой  заговорщиков,  политических  убийц  и  провокаторов  департамента  полиции.  Это  был -  конец!  Конец  династии,  конец  Империи!» - такой  вывод  сделал  Великий  Князь  Александр  Михайлович  в  своих  воспоминаниях.
      Вместо  решения  насущных  государственных  проблем,  не  терпящих  отлагательств,  Россия  проиграла  Крымскую  войну,  бездарно  и  безрезультативно  закончила  войну  на  Балканах  1877-78  годов,  и  позорно  проиграла  войну  японцам.  Николаю  Второму  после  всего  произошедшего,  оставалось  беречь  как  можно  лучше  свою  жизнь  и  жизнь  монаршей  семьи.  Отныне  в  летние  дни  императорская  яхта  старалась  прятаться  в  финских  шхерах  под  охраной  остатков  Балтийского  флота:

Не  пойте  громко  песни,  барды,
Уж  позабыт  Петровский  взлёт –
Не  водит  Царь  в  моря  эскадры,
А  лишь  сигналы  подаёт!
Не  Флагман  он!  И  к  полумерам
Привык!  Не  лезет  на  рожон,
И  чаще  «плавает»  по  шхерам
В  кругу  царицы  и  княжон!
И,  в  тишине  беззвучных  баллов,
И,  в  благодати  сладких  снов,
Он  в  клетке  мудрых  адмиралов
И  в  лапах  личных  шаркунов!
Никто  в  лицо  Царя  не  хает,
Горит  пока  державный  стяг -
Вот  так  порода  отдыхает
На  обделённых сыновьях!
Вон,  красота  восторгом  манит,
А  корабельный  прочен  щит –
Тут  и  Засулич  не  достанет
И  Каракозов  не  страшит!
Всё  не  картинно! Не  аврально -
«Царя  родного  береги!»
А  Флот,  поддержанный  морально,
Глядишь,  вернёт  Царю  долги!
... Хорош  денёк - картина  в  раме,
И  по  местам  охранный  ряд,
И  миноносец  под  парами,
И  при  орудии  заряд!
И  в  окуляр  глядите  в  оба –
А  тут  особенно  вдвойне:
А  как  там  царская  особа?
И  чей  там  парус  на  волне?
А  вдруг  туманная  завеса
Или  ночная  пелена?
Смотри!  Смотри  из  интереса –
Там  Царь,  Царица  и  княжна!
Коль  приказали,  значит,  надо –
На  вахте  стой  наверняка,
В  восторге  дружная  команда,
А  впечатлений – на  века!
Все  любопытны!  Масса  взоров –
«Какая  Честь  досталась  нам!»
О,  сколько  будет  разговоров
По  безутешным  деревням!
Как  охраняли  и  любили,
Как  были  верными  сполна,
Царя  пока  что  не  убили -
Он  всё  ещё  Величина!
Ещё  не  бранные  дымочки,
И  каждый  Проповедью  сыт -
Вот  Царь  на  шлюпке–одиночке
По  рейду  медленно  скользит,
А  вот  его  в  восторге  свита,
Хотя  измята  после  сна -
И  явной  лестью  знаменита,
И  мыслью  светлою  бедна!
А  вот  матросики  в  сторонке
Готовят  вёсла  для  затей –
Тут  будут  шлюпочные  гонки
На  радость  царственных  детей!
«Греби  сильней  под  взор  Министра
И  побеждай,  как  было  встарь -
Часы  серебряные  быстро
Подарит  лучшим  Государь!»
Но  Флот  восторгом  не  обманешь
И  не  замесишь  лучший  ком -
Тут  патриотом  точно  станешь,
Да  вот  не  станешь  моряком!
А  вот  и  смотр!  Под  царским  оком
Эсминец  в  Божеской  руке -
Тут  Царь,  естественно,  наскоком
Поставит  галку  в  дневнике!
При  деле  он!  На  месте  выя!
Не  слышно  крика – «По  местам!»
Но  ведь  корабль – не  вся  Россия,
А  Царь  годится  здесь  и  там,
От  стылых  вод  и  до  Урала,
От  теремов  до  диких  мест,
Где  жизнь  без  масок  и  забрала,
Где  до  небес - Поклонный  Крест,
Где  есть  лазоревые  росы,  
Где  ласка  поля  и  уют,
Где  век  крестьянские  вопросы
Своим  царям  не  задают!
... Оставим  край,  такой  тишайший,
Где  долг  эпохой  не  решён -
Вот  ты  на  завтрак  высочайший
С  утра  по  списку  приглашён!
Приятно!  Случай  очень  кстати,
Как  разноцветный  горизонт -
Всех  на  блистательном  «Штандарте»
Легко  построили  во  фронт!
И  управляемым  потоком,
Сминая  юность,  словно  воск,
Надворный  бог  лукавым  оком
На  немудрёный  смотрит  лоск!
А  вот  и  Царь!  Встречайте,  плёсы,
Цените  вымысел  простой -
Его  наивные  вопросы
Известны  всем  до  запятой!
Но  отдан  час  державным  одам –
Они  намеренно  в  цене,
В  цене  братание  с  народом
И  тост  в  застольной  тишине!
Как  поучали – не  смущайтесь,
Берите  истину  с  листа,
И,  безусловно,  угощайтесь –
Ведь  здесь  такая  вкуснота!
Натянут  нерв!  Наивны  лица –
И  всё-то  кажется  с  руки,
Но  вечно  хмурая  царица,
И  дети,  словно  мотыльки!
... Спасибо,  Русский  Повелитель,
Мы  эту  память  сохраним,
Но  ты  не  Праведник–Креститель
И  не  Христос,  что  шёл  за  ним!
Но  Флота  Честь  мы  не  уроним,
Родной  Отчизне  не  соврём!
... А  о  застолье?  Помним,  помним -
С  детьми,  Царицей  и  Царём!

      Могла  ли  Россия  избежать  очередной  войны  и  выйти  из  войны  в  составе  победителей?  Избежать,  пожалуй,  очередной  войны  Россия  не  смогла  бы,  но  победить  в  ненужной  и  кровавой  войне,  которая  началась  в  июле  1914  года,  Россия  вполне  была  способна.  Но  для  этого  на  месте  Николая  Второго  должен  был  быть  другой  государь,  уровня  Петра  Великого.  У  Николая  Второго,  как  показал  весь  ход  русской  истории,  шансы  на  победу  были  минимальны  из-за  его  личных  качеств  и  сложившейся  обстановки  вокруг  Царствующего  Дома.  Гибель  великого  реформатора  Столыпина,  скандалы  вокруг  императрицы  и  её  т.н.  наставника  Распутина,  неизлечимая  болезнь  наследника  Алексея,  деление  министров  и  ближнего  окружения  на  «наших  и  не  наших».Кроме  того,  распущенность  либералов,  интеллигенции  и  либеральной  прессы  не  добавляли  авторитета  Николаю  Второму.  Он  не  доверял  ближним  родственникам,  отстранив  даже Великого  Князя  Николая  Николаевича  от  должности,  и  самолично  решился  управлять  таким  сложнейшим  организмом,  как  вооружённые  силы.  Кроме  того,  Николай  Второй  взвалил  на  себя  обязанности,      создав  коалицию  из  Франции  и  Англии.
Известно,  что  европейские  державы  на  протяжении  многих  веков  с  манией  недоверия  и  ревности  следили  друг  за  другом.  Не  дай  бог,  если  одна  из  держав  вступит  в  какой-нибудь  союз  или  усилит  свой  военный  потенциал.  Тут  же  соседи  начнут  искать  противовесы  против  усилившейся  коалиции  или  державы.  Вся  история  Европы  замешана  на  подозрительности  и  войнах.
       Так,  в  1882  году  был  создан  военно-политический  блок  Германии,  Италии  и Австро-Венгрии.  Почуяв  опасность  от  такого  союза,  уже  в  1904-1907  годах  было  оформлено  тройственное  соглашение  между  Англией,  Францией  и  Россией.  Как  всегда  бывало,  державы  старались  получить  большую  выгоду  за  счёт  своего  же  союзника.  Каждая  держава  старалась  решать  свои  проблемы,  а  потом  проблемы  союзника.  Примером  может  служить  необязательность  поставок  снарядов  для  русской  армии  английской  стороной  в  период  Первой  мировой  войны.  Россия  задыхалась  без  боеприпасов,  надеясь  на  Англию,  а  Англия  обеспечивала  в  первую  очередь  себя.  Таких  примеров  достаточно.  Всякие  союзы  вроде  бы  дают  уверенность  перед  грядущей  опасностью,  а  на  самом  деле  чаще  втягивают  в  войны  народы  и  государства.  О  союзниках,  которые  наживались  на  Гражданской  войне  в  России,  написано  достаточно.  Цинизму  союзников  предела  не  было.
       Если  обратиться  к  воспоминаниям  участников  событий  начала  1917  года,  то  можно  сделать  однозначный  вывод,  что  спасти  Отечество  от  смуты  и  революции  было  вполне  возможно.  Как  всегда  бывает  в  России,  любая  смута  или  государственный  переворот  стихийно  не  происходят.  Россию  к  отречению  Государя  постепенно  вели.  Не  буду  перечислять  цепь  государственных  ошибок,  которые  сыграли  на  заключительном  этапе  отречения  роковую  роль.
       Кто  же  в  первую  очередь  был  заинтересован  в  смене  российской  власти  и  в  государственном  перевороте?  Постараюсь  конспективно  ответить  на этот  вопрос.  1917  год  мог  бы  стать  переломным  в  войне.  Германия  прекрасно  понимала, что  она  со  дня  на  день  просто  погибнет.  Русская  армия  была  хорошо снабжена  оружием  и военными  припасами,  готовилось  решительное  наступление,  которое  однозначно  привело  бы  Россию  к  победе.  Уже  в  печати  и  обществе  открыто  говорилось  не  только  о  возврате  всего  потерянного,  но  и  о  скором  занятии  армией  Галиции  и  Константинополя.  Англия  отлично  понимала  возможности  России  к  этому  времени.  И,  если  бы  русская  армия  овладела  Берлином  и  Веной,  то  нужно  было  бы  выполнять  заключённые  договорённости – отдавать  России  проливы,  Константинополь,  утвердить  влияние  России  в  Персии.  Это  ни  в  коем  разе  не  входило  в  планы  Англии.  Основную  роль  в  отречении  Государя  сыграли  английские  деньги  и  посол  Англии  Бьюкенэн.  Как  известно,  вся  вина  за  смуту  в  России  позже  была  возложена  на  Ленина  с  его  «опломбированным  вагоном».  Ленин  прибыл  на  подготовленную  почву.  И  с  теми  возможностями,  которые  на  тот  момент  были  у  партии  большевиков,  говорить  о  перевороте  просто  смешно.
      В  России  выгоду  от  переворота  и  отречения  Государя  в  первую  очередь  видели  представители  Государственной  Думы,  Святейшего  Синода,  некоторая  часть  русской  интеллигенции  и  часть  военачальников.  Новые  должности,  новые  вакансии,  свобода  церкви  от  государства  и  царя,  «свобода  и  демократия».  Никто  в  патриотическом  запале  о  России  не  думал.  Это  русская  традиция!  Так  было  всегда!  Так  будет  в  обозримом  будущем!  Остаётся   только  подождать!  При      случайных  властных  деятелях,  если  дальше  в  стране  «по  их  закону»  будут  также  обогащаться  «финансовые  гении»,  и,  если  также  будут  грабить  и  убивать,  ждать  недовольства  народа  останется  недолго.
      На  тот  момент  у  России  и  Николая  Второго  было  два  выбора – или  продолжать  войну,  или  спасать  Отечество.  Выбор  был  сделан  на  продолжение  войны  «до  победного  конца».  В  итоге  мы  оказались  без  Отечества,  созданного  нашими  предками,  и  оказались  побеждённой  стороной.  Николай  Второй – не  та  личность,  которая  могла  спасти  Отечество.  Отрекаясь,  Государь  банально  предавал  русское  воинство  и  Россию!
      То,  что  Русь,  Россия,  наше  многострадальное  Отечество,  состоялось  благодаря  Православию,  истина  общеизвестная  и  не  подлежит  сомнению.  Мы,  сохранив  на  многие  века  остатки  языческих  обрядов  и  верований,  защитили  государственность  с  Православной  Верой  и  на  поле  Куликовом,  и  на  Бородинском  Поле.  Ни  одной  войны  после  1480  года  на  своей  территории  Россия  не  проиграла.  И  даже  в  эпоху  т.н.  «атеизма»,  все  мы  верили  в  Бога  и  были  в  большей  массе  крещёными  в  русских  церквах.  А  каких  великих  православных  подвижников  и  деятелей  дала  Русская  Православная  Церковь!  Знаковыми  для  Православной  России  остаются  имена  Сергия  Радонежского,  Московского  Митрополита  Алексия,  воспитателя  Дмитрия  Донского,  Митрополита  Московского  Филиппа,  Патриарха  Гермогена  и  др.  Но  давайте  мы признаем,  что  с  началом  патриаршества  Никона  было  совершено  много  не  только  ошибок,  но  и  преступлений.  Из-за  формального  упорства  и  умствования  Никона,  Россия  бросила  на  алтарь  массу  православного  люда  только  за  то,  что  этот  люд  не  признал  т.н.  реформы  Никона.  Геноцид  русского  народа,  как  ни  удивительно,  впервые  начала  Русская  Православная  Церковь  с  помощью  власти
государей.  Православная  церковь  пускала  кровь  и  вынуждала  самосжигаться  лучших  людей  Отечества,  не  принявших  формальных  реформ  Никона.  По  количеству  уничтоженных  и  выселенных  русских  людей,  церковный  геноцид  тех  времён  в  процентном  отношении  сопоставим  с  1937  годом.  И  что  интересно!  Когда  банально  убивали  окружение   малолетнего  Петра  Первого,  церковь  выжидала.  Она  фактически  оказалась  на  стороне  сильного – на  стороне  Софьи!
       Не  по  этой  ли  причине  Пётр  Великий,  смертельно  напуганный  в  детстве,  упразднил  патриаршество?  Он  прекрасно  помнил,  что  его  церковь  не  защитила!    А  давайте  вспомним  череду  убийств  «помазанников  Божьих» - Ивана  Шестого,  Петра Третьего,  Павла Первого!  Ну,  и  где  был  голос  православных  иереев?  К  этому  времени  не  нашлось  митрополита  Филиппа,  который  возвысил  голос  против  жестокостей  и  безрассудства  Ивана  Грозного.  Церковь  призывала  к  смирению  русский  православный  люд,  дабы  сладко  есть  и  грязно  жить.  Я  не  хочу  бросить  тень  недоверия  на  всех  православных  деятелей.  Нет!  Большая  часть  православных  деятелей  в  первую  очередь  служила  пастве,  а  не  себе.  Многие  священники  героически  пали  на  полях  сражений.  И  это  неоспоримый  факт!  Но  новое  изобретение  Петра  великого – Святейший  Синод,  превратился  в  удобную  кормушку  для  развращённых  иереев.  Они  и  только  они  со  времён  Бориса  Годунова  искали  ручного  царя  и  выгоды.  И  также  члены  Святейшего  Синода  повели  себя  в  час  испытаний  русского  народа,  в  момент  отречения  Николая  Второго.  Вот  малоизвестные  факты  предательства  русского  царя  и  русского  воинства.
      Повторимся,  что  после  отречения  Николая  Второго,  члены  Синода  2  марта  признали  необходимым  провести  консультации  с  Исполнительным  Комитетом  Государственной  Думы.  На  заседании  Синода  4  марта  была  нескрываемая  радость на  лицах  иереев  по  поводу  наступления  новых  времён  в  жизни  Православной  Церкви.  В  этот  же  день  из  зала  Синода  было  вынесено  царское  кресло,  как  «символ  порабощения  Церкви  государством».  Святой  Правительствующий  Синод  за  №1226  от  8  марта  1917  года  вынес  определение: «Во  всех  случаях  за  богослужениями  вместо  поминовения  Царствующего  Дома  возносить  моления  «О  богохранимой  Державе  Российской  и  Благоверном  Временном  правительстве  её».  А  ведь  на  этот  момент  Николай  Второй  был  Главой  Русской  Православной  Церкви.  Члены  Синода  присягали  ему.  Предательство  свершилось  необычайное!  Царь  предал  Россию  и  армию,  церковь  предала  своего  царя  и  русский  народ.  Вот  откуда  берёт  необузданное  начало  поругания  и  разрушения  православных  святынь  и  чёрный  атеизм.  Церковь  выбрала  Троцких,  Керенских,  Свердловых,  Зиновьевых,  Бухариных  и  прочих  деятелей  революции.  Предательство  состоялось!  Вывод  напрашивается  один -  череда  государственных  ошибок  монархов  и  Царствующего  Дома  вели  династию Романовых  и  Отечество  в  пропасть,  а  последнего  Романова  и  его  монаршую семью  к  гибели:

Так  уж  вышло,
Что  в  час  непогожий,
Случай  этот
Запомнил  с  трудом!
...Мне  приснился
Помазанник  Божий
И  ипатьевский
Старенький  дом,
Русский  Царь
И  простая  Икона,
И  слова,
Что  мне  Бог  передал –
«Всё  же  зря  я
Отрёкся  от  Трона
И  Святую  Россию
Предал!
Я,  судьбой
На  Восшествие  званый,
Ничего  уж  поделать
Не  мог,
И  эпохе  былой,
Окаянной,
Не  помог!  Не  помог!
Не  помог!
Не  берите  пример!
Не  берите –
Есть  же  выход
У  Судного  Дня?
А  народ
И  Россию  простите!
...Но  простит  ли
Россия  меня?»

      Сейчас  находятся  деятели,  которые  всеми  способами  пытаются  оправдать  отречение  Николая  Второго,  забывая,  что  в  Законах  Российской  Империи  не  было  Закона  об  отречении  государя.  Живой,  в  здравом  уме  и  силе,  находясь  в  Ставке   Русской  армии,  которая  вела  ожесточённые  бои,  он  не  имел  морального  права  отрекаться  от  трона.  Но  вышло  так,  как  вышло.  Можно  сказать,  что  по  большому  счёту,  Николай  Второй   смалодушничал,  и  решил  спасать  не  Россию,  а  собственную   семью.  Но  в  итоге  не  спас  ни  Россию,  ни  монаршею  семью.  Что  последовало  за  отречением  Николая  Второго  давно  известно,  но  самое  главное из  всего  произошедшего  то,  что  Россия  по  Версальскому  миру  оказалась  проигравшей  стороной.  Фактически,  две  великие  державы,  Россия  и  Германия  потерпели  поражение  в  этой  войне.
       Кроме  того,  фактически  две  великие  державы,  Россия  и  Германия  были  унижены  по  результатам  Версальского  мира.  И  вопрос  начала  новой  войны  за  переделы  сфер  влияния  и  рынков  сбыта – был  вопросом  времени.  Так  оно  и  случилось.  Причины  начала  Второй  Мировой  войны  следует  искать  в  поражении  Германии  и  России  в  Первой  Мировой  войне.  Стыдно  вспоминать,  как  т.н.  страны-победительницы  ложились  под  фашистскую  Германию,  забывая  свои  т.н.  победы,  забывая  Честь  и  Долг.  И  уже  новая  Держава – СССР,   спасла  т.н.  страны-победительницы  от  фашистского  порабощения,  принеся  на  Алтарь  Победы  миллионы  жизней  русского  народа-победителя.

© Copyright: Николай Гульнев
Перейти на страницу автора

Версия для печати
 
Жанр произведения: Лирика гражданская
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 12
Дата публикации: 22.09.18 в 10:07
 
 
Рецензии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.Нет ни одного комментария для этого произведения.
 
   
   
© 2009-2018 Stihiya.org. Все права защищены.
Гражданско-поэтический портал.
Rambler's Top100