Логин:
Пароль:
 
 
 
Гл. 2 Сталин. Канун войны
Николай Гульнев
 

     В  августе  1940  года  Берия  доложил  об  убийстве  злейшего  и  давнего  врага  Сталина – Троцкого.  Детали  убийства  не  раскрывал.  Он  и  сам  на  тот  момент  не  всё  знал.  Сталин  ненароком  поинтересовался – «Сколько  же  лет  Троцкому?»  Берия  ответил,  что  Троцкий  с  1879  года  рождения.   Он  был  ровесником  Сталина.
     «Свершилось  наконец-то!» - подумал  Сталин.  Льва  Троцкого  погубили    самонадеянность  и  самовлюблённость.Сталин,  как  никто  другой,  прекрасно  знал,  что  явных  и  сильных  сторонников  Троцкого  в  СССР  не  осталось, а, если  есть,  то  это  мелкие  сошки,  не  влияющие  на  принятие  государственных  решений.   Со  ставленниками  Троцкого,  получившими  назначения  на  высшие  должности  и  высокие  воинские  звания  с  его   непосредственной  помощью,  Сталин  к  1939  году  уже  успел  расправиться.  Тут  же про  себя он  перечислил  нескольких  человек  и  их  возраст  на  момент  расстрелов:  Тухачевскому – 44  года,  Уборевичу  и  Якиру – по  41  году,  Корку –50  лет.  «Тоже  мне,  военачальники!  Выскочки!  Не  они  победы    одерживали  над  белыми.  Что  кичиться  прошлым?  Да  при  них  были  штабы  из  военспецов,  из  царских  выпускников  Академии  Генерального  штаба.  Эти  умнейшие  офицеры  разрабатывали  планы  и  предложения  для  наступательных  действий.  А  Тухачевский?  Да  это  же  живодёр  тщеславный.  Он  любил  тамбовских  крестьян  морить  газом  и  расстреливать  целые  семьи  невиновных».  Сталин  с   досадой  подумал,  как  бы  говоря  сам  с  собой: «Троцкий,  сукин  сын,  в  1917  году  появился  в  России  с  американским  паспортом -  холёный,  наглый  и  сытый.  Я  же  из  последней  ссылки  приехал  в  Петроград  в  1917  году  голодный,  больной  и  обездоленный  с  непримиримой  целью  борьбы  для  народа,  а  не  для  своей  корысти.  Я  служил  великой  идее,  Троцкий  служил  жёлтому  Тельцу».  
      Сталин  последнее  время  неоднократно  обращался  к  замечательным  трудам  русских  историков  царских  времён  и  к  недавно  изданным  книгам  по  истории  наполеоновских  войн  Евгения  Викторовича  Тарле.  Сталин  пытался  найти  ответы  из  прошлого  Русской    Империи  на  актуальные  вызовы  современности.  Недавно  ему  подготовили  справку  по  истории  Семилетней  войны  1756-1763  годов  между  Австрией,  Россией,  Францией,  Испанией,  Саксонией,  Швецией  с  одной  стороны,  и  Португалией,  Пруссией  и  Англией  с  другой. Он  внимательно  читал   о  событиях  осени  1760  года,  когда  русские  войска  под  руководством  Тотлебена  подошли  к  Берлину: «В  ночь  с  8  на  9  октября  1760  года  в  Берлине  решили  сдать  город.  В  4  часа  утра  комендант  Берлина  Рохов  вручил   капитуляцию  Тотлебену.  Последний  принял  её  на  таких  условиях:  войска  гарнизона  объявляются  военнопленными,  все  воинские  запасы  и  государственное  имущество  поступает  в  распоряжение  победителей.  Частная  собственность  обывателей  объявлялась  неприкосновенной.  Жителям  Берлина  гарантировалась  личная  безопасность».
     Сталин  был  поражён  и  удивлён  позорной,  с  точки  зрения  русского,  сдаче  города.  «Вот  она,  частная  собственность!  Лабазы  и  пивные  ларьки  пожалели  бюргеры!  Им  же  личная  колбаса  дороже  чести!  Не  зря  мною  была  проведена  коллективизация!  А  ведь  со   мной  спорили  троцкисты!  Убеждали,  что  частная  собственность  более  эффективна!  Возможно,  но  что  я  за  хлеб  частника  давать буду,  когда  каждый  гвоздь  на  счету,  когда  все  ресурсы  и  запасы  брошены  на  перевооружение  Красной  Армии?  Танками  за  хлеб  расплачиваться  должен?  Нет!  Всё  сделано  правильно.  Частная  собственность  в  преддверии войны  немыслима!»
     Сталин  продолжил  читать:  «Тотлебен  вошёл  в  Берлин  с  тремя  полками  и  тотчас  вступил  в  толки  с  местными  властями  о  контрибуции.  Тотлебен  запросил  четыре  миллиона  талеров.  К  вечеру  сошлись  на  полутора  миллионах  талеров.  Русские  взяли  из  королевской  казны  60.000  талеров – больше  не  было.  Из  арсенала  взято  143  орудия,  18.000  штук  огнестрельного  оружия  и  достаточное  количество  боевого  запаса.  В  Потсдаме  уничтожена  королевская  оружейная  фабрика,  взорвана  пороховая  мельница,  разрушен  литейный  двор.  Королевские  дворцы  остались  нетронутыми.  Нетронутыми  остались  золотые  и  серебряные  мануфактуры».
      «Да,  если  бы  не  Пётр  Третий,  мы  бы  со  времён  Елизаветы  владели  бы  и  Кенигсбергом,  и  Берлином!» - так  размышлял  Сталин.  «Как  же  просто  сдали  Берлин!» - снова  удивлялся  Сталин.  «Вот  она,  рабская  психология  европейцев,  готовых  за  личный  кусок  и  Отечество  продать!  Нет,  наше  поколение  следует  воспитывать  не  так!»  Он  снова  вспомнил  историю  Руси,  когда  Москву  сжигали,  но  врагу  не  сдавали!  И  неожиданная  гордость  грузина  за  русский  народ   порадовала  кремнёвое  сердце.
       Перечитывая  недавно  изданную  Книгу  Евгения  Тарле  «Наполеон»  с  точными  подробностями  нашествия  Наполеона  на  Россию  в  1812  году,  Сталин  тут  же  задавал  себе  вопросы,  пытаясь  на  них  самому  и  отвечать.  Наполеон  самым  лучшим  генералом  среди  русских  военачальников  на  момент  вторжения  в  Россию  считал  Багратиона,  вторую  роль  он  отдавал   Беннигсену,  как  человеку  упорному  и  решительному.  Кутузова  он  считал  хитрым  и  осторожным  военачальником,  но  также   он  знал,  что  Кутузов  нелюбим  Александром  Первым  за  поражение  под  Аустерлицем,  в  котором  больше  был  виноват  сам  Александр.  Кроме  того,  Кутузов  тогда  был  не  у  дел.  Барклая-де-Толли,  военного  министра,  Наполеон  считал  обычным  русским  генералом.
       Сталин  тут  же  спросил  у  себя – «Кого  из  моих  генералов  смог  бы  отметить  Наполеон?»  Он  попытался  ответить  самому  себе  на  свой  же  вопрос:  «Маршал  Борис  Михайлович  Шапошников?  Пожалуй,он  лучше  всех  теоретически подготовлен и имеет  опыт  Первой  мировой  войны.  Но  ему  уже  58  лет,  он  слаб  здоровьем, слишком  мягок  и  интеллигентен.  Его  место  в  Генеральном  штабе,  а  не  в  действующих  войсках.  Жуков?  Да,  он  прекрасно  проявил  себя  в  1939   году  в  боях  на  реке  Халхин-Гол,  честен,  упрям,  тщеславен,  верен  партии  и  воинскому  долгу.  Но  спесив,  не  всегда  выдержан,  умеет  решать  задачу  быстро,  не  обращая  внимание  на  потери.  В  чём-то  жесток.  Пожалуй,  он  лучше  всех  подготовлен  к  ведению  современных  войн.  Будённый?  Ворошилов?  Сталин  не  сомневался  в  их  преданности,  но  он  понимал,  что  они  отстали  настолько  от  современных  войн  с  применением  техники,  что  их  учить  и  исправлять -  только  делу  вредить.  Будённый  до  сих  пор  верит  в  конные  армии  и  рейды  по  тылам  противника.  Ладно,  пусть  играет  на  баяне, это у  него  лучше  получается.  Пусть  боготворит  Красную  конницу.  Ворошилов  исполнителен,  но  разумной  инициативы,  пожалуй,  от  него  ожидать не  приходится.  Сталин  про  себя  отметил  Павлова,  Власова  и  Наркома  ВМФ  Николая  Кузнецова.  Он  и  не  предполагал  на  этот  момент,  что  Павлов  за  несколько  дней  до  начала  войны  будет  уверять  его  в  том,  что  нападения  Германии  в  ближайшее  время  не  ожидается.  Будет  расстрелян  в  1941  году.  А Власов  окажется  предателем,  позорным  пятном  на  всём  советском  генералитете  и  на  все  времена  Советских  Вооружённых   Сил.  В  Кузнецове  Сталин  не  ошибся.
      Сталин  продолжал  читать:  «22  июня  1812  года  Наполеон  написал  воззвание  к  великой  армии:  рок  влечёт  за  собой  Россию.  Её  судьбы  должны  свершиться.  Война  будет  славной  для  французского  оружия.  Она  положит  конец  гибельному  влиянию,  которое  Россия  уже  50  лет  оказывает  на  дела  Европы».
      Это  воззвание  и  было  объявлением  войны  России:  никакого  другого  объявления  войны  РоссииНаполеон  не  сделал.  В  ночь  на  24  июня  1812  года  Наполеон  приказал  начать  переправу  через  Неман.  Жребий  был  брошен.  Армия  Наполеона  насчитывала   свыше  685  тысяч  человек.  Она  превосходила  в  три  раза  русские  армии.
     «Фактически  Наполеон  вторгся  в  пределы  России  без  объявления  войны!» -  такой  вывод  сделал  Сталин  для  себя.  Он  продолжал  дальше  читать  Тарле:  «Не  только  Наполеон,  никто  в  Европе  не   предвидел,  до  каких  высот  героизма  способен  подняться  русский  народ,  когда  дело  идёт  о  защите  Родины  от  наглого,  ничем  не  вызванного  вторжения.  Никто  не  предвидел,  что  русские  крестьяне  обратят  весь  центр   своей  страны  в  сплошную  выжженную  пустыню,  но  ни  за  что  не  покорятся  завоевателю.  Всё  это  Наполеон  узнал  слишком  поздно».
      Сталин  прекратил  читать.  Он  задумался.  Его  охватило  беспокойство.  Он  тут  же  задал  себе  вопрос:  «Как  отреагирует  русский  народ  на  вторжение  Гитлера?»  Сталин  не сомневался,  что Великая  Война  на  пороге,  что  т.н.  «Пакт  Молотова-Риббентропа» - это  отсрочка  на  год-два  до  начала  войны.  Война  против  СССР  готовится  давно.  В  войне  Германии против  СССР  заинтересованы,  как  никто,  Англия  и  Америка.  Как  на  русский  народ  повлияли  репрессии  и  раскулачивание?  Что  он  думает  о  Советской  Власти?  Русская  душа – это  потёмки!  Кто  мог  из  большевиков  ожидать,  что  в  1917  году  русский  народ  поддержит  революцию?  Кто  мог  ожидать,  что  русский  народ  своими  руками  будет  рушить  церкви  и  храмы  и  издеваться  над  священниками?  Кто  мог  ожидать,  что  простой  русский  крестьянин  с  винтовкой  в  руке  сможет  победить  воинство  Корнилова,  Деникина,  Врангеля?  Кто  же  мог  ожидать  от  русского   народа,  что  он  с  величайшим  энтузиазмом,  голодный,  холодный,  будет  строить  Магнитки,  Днепрогэсы,  новые  шахты,  угольные  разрезы,  плавить  руду  и  создавать  современные  вооружения?  От  этого сомнения  он  так  и  не  смог  избавиться  до  самого  начала  Великой  Войны.
     Сталин  знал,  что  уже  даны  указания  партийным  органам  по  созданию  секретных  баз  для  партизанской  войны.  Сталин  знал,  что  в  песнях  мы  будем  воевать  на  чужой  территории.  Сталин  знал,  что  по  численности  Красная  Армия  может  превосходить  немецкую,  но  по  вооружению,  опыту  управления  войсками и  опыту  ведения  войны  Красная  Армия  значительно  уступает  немецкой.  Он  знал  всё  это,  но  не  хотел  в  этом  признаваться  даже  себе.
      Сталин  продолжал  читать  Евгения  Тарле: «Наполеон  хотел  заставить  Россию  подчиниться  интересам  французской  крупной  буржуазии  и  создать  против  России  вечную  угрозу  в  виде  вассальной,  всецело  зависимой  от  французов  Польши,  к  которой  присоединить  Литву  и   Белоруссию.  Если  дело  пойдёт  совсем  гладко,  то  добраться  до  Индии,  взяв  с  собой  и  русскую  армию  в  качестве  вспомогательного  войска.  Крупная  французская  буржуазия  нуждается  в  полном  вытеснении  Англии  с  европейских  рынков.  Россия  плохо  соблюдает  блокаду – нужно  её  принудить.  Необходимо  заставить  Александра  Первого   изменить  декабрьский  Таможенный  тариф  1810  года,  неблагоприятный  для  французского  импорта  в  Россию».
      «Молодец,  Тарле!  Не  зря  я  его  защитил  от  нападок  в  газете  «Правда»,  не  зря.  Хорошие  книги,  правильные  и  актуальные  мысли!» - так  подумал  Сталин.
      Особенно  Сталина  интересовали  события  1814  года,  когда  решалась  судьба  Наполеона  и  когда  его  нагло  и  тайно  предавал  Талейран,  министр  иностранных  дел  при  Наполеоне.  Сталин  продолжал  читать: «Наполеон,  в  случае  победы,  мог  расследовать  тайные   сношения  Талейрана  с  союзниками,  мог  просто  в  гневную  минуту  расстрелять  его.  Спасти  его  могло  только  поражение  Наполеона.  Он  торопит  поход  союзников  на  Париж,  даёт  им  знать  о  недостаточности  сил  для  сопротивления».  «Слабых  предают – это  аксиома!» - так  подумал  Сталин.  Он  также  размышлял – «Есть  ли  Талейраны  в  его,  сталинском  окружении?»  Этот  вопрос  он  несколько  позже  задал  Будённому. Тот  подумал  и  ответил  Сталину – «Есть  Ворошилов,  есть   Молотов,  есть  Берия,  есть  Каганович,  Хрущёв,  а  вот  про  Талейрана  ничего  не  слыхал».  Сталин  понял,  что  Будённый  далёк  со  своей  любовью  к  лошадям   от  всяких  Талейранов.  Хрущёв  окажется  Талейраном!
      Ещё  в  июне  1940  года  Сталину  был  сделан  подробный  доклад  о  поражении   Франции  от  фашистской  Германии.  Гитлер  начал  наступление  на  Францию 10   мая  1940  года   через  Бельгию  и  Голландию,  которые  пали  за  несколько  дней.  Полную  победу  над  Францией  Гитлер  одержал  за  тридцать  с  лишним  дней.  Франция  потеряла  около  300  тысяч  убитыми  и  ранеными,  в  плен  попали  около  полутора  миллионов  человек.  И  снова  в  покорённой  Франции  находится  новый  Талейран  в  лице  французского  маршала  Петена,  ставшего  главой  капитулянтского  правительства.  В  1945  году  Петен  был  приговорён   к  смертной  казни.  Париж  не  был  тронут  немцами,  Париж  жировал,  обеспечивая  немецких  солдат  вином  и  проститутками.  «Вот  она,  рабская  психология  европейцев  со  своей  частной  собственностью!» - так  подумал  Сталин.  Дания  падёт  перед  Гитлером  без  сопротивления.  Норвегия,  маленькая  и  гордая  страна,  с  психологией  викингов,  пожалуй,  сильнее  всех  европейских  стран  окажет  сопротивление  Гитлеру.
       Сталин  давно  знал  и  понимал,  что  надо  бояться  предателей  в  ближнем  окружении.  Времена  и  народы  в  этом  смысле  пока  ещё  ничего  нового  не  придумали.  И он  был  рад,  что  вовремя  провёл  чистку  партии,  назначив  на  ключевые  посты  новых  людей.  Это  его  выдвиженцы – Косыгин,  Устинов,  нарком  ВМФ  Кузнецов,  Жуков  и  другие  деятели.  Это  они  в  условиях  военного  времени  сумели  обеспечить  эвакуацию  заводов  на  Восток  и  выпуск  военной  техники,  что  стало  залогом  побед  в  1942-45  годах.
      Перечитав еще  одну  книгу  Тарле - «Нашествие  Наполеона»,  Сталин  нашёл  подтверждение  своим  прежним  выводам:  1. Новая  война  будет  кровавой  и  ее  цельюбудет  уничтожение  государственного  строя  СССР.  2. Нападение  Гитлера  на  СССР  будет  внезапным,  без  объявления  войны,  может  быть,  он  начнёт  войну  в  те  же  сроки,  что  и  Наполеон.  3. Во  многом  мистик,  Гитлер  постарается  в  чём-то  повторить  Наполеона.  4. Гитлер,  как  и  Наполеон,  не знает  психологию  русского  народа,  в  этом - заблуждение  и  слабость  Гитлера.  5. Гитлер,  как  и  Наполеон,  ожидает,  что  его  армады  будут  встречены  с  распростёртыми  объятиями   «угнетёнными  народами».  6. Гитлер,  как  и  Наполеон,  считает,  что  его  тылы  будут  обеспечены  миром   и  продовольствием.  7. Гитлер,  как  и  Наполеон,  готовится  к  молниеносной  войне,  с  целью  покорить  Москву  в  течение  3-х  месяцев.  8. Гитлер,  как  и  Наполеон,  считает  русских  генералов  неучами,  а  Красную  Армию  сбродом  крестьян  с  винтовками.  9. Гитлер,  как  и  Наполеон,  считает  приграничные  крепости  и  укреплённые  районы  пережитком  прошлых  войн.  Он  их  просто  обойдёт.
      В  чём  ошибся  Сталин?   В выборе  направления  главного  удара  фашистской  Германии.  Он  считал,  что  Гитлер  не  станет  повторять действия Наполеона,  который  выбрал  кратчайший  путь  на  Москву  через  Смоленск.  Сталин  считал,  что  Гитлер  направит  главный  удар  на  Киев,   на  районы  богатые  хлебом,  углём,  металлом.  Это  был  стратегический  просчёт  Сталина.  
      Говорят,  что  воспоминания  о  прожитых  годах  приходят  или  перед  смертью,  или  перед  великими  грядущими  событиями,  меняющими  судьбы  народов  и  государств.  Вот  и  Сталин  после  прочитанного,  не  понимая  почему,  стал  вспоминать  прожитые  годы,  вроде  бы  исповедоваться  сам  перед  собой:  

   О,  всякий  выбор – узкий:
   Надежда  да  беда,
   И  вы  моей  нагрузки
   Не  знали  никогда!
   ...В  комочек  сердце  сжалось –
   Несите  ерунду –
   А  что  стране  досталось
   В  семнадцатом  году?
   Не  я  обиду  сеял,
   Копая  в  глубину,
   Не  я  тогда  затеял
   Гражданскую  войну!
   Моя  чиста  утроба –
   Мне  ссылка и  вокзал,
   Я- вор  партийный  «Коба»,
   Рубля  себе  не  взял!
   Не  прятался  в  кирасу,
   Других  на  «дело»  звал,
   И  ленинскую  кассу
   Деньгами  набивал!
   Был  Царь - не  Пётр  Великий –
   Осталось  пожалеть,
   Народ  в  России  дикий –
   Ему  по  нраву  плеть!
   Мужик  давно  недужен –
   Арапник  любит  свой,
   Ему  урядник  нужен,
   А  лучше – становой!
   «Я  дам  ему  Свободу!» -
   О,  Господи,  прости,
   Но  до  неё  народу
   Как  надо  дорасти!
   А  мы  веками  смяты,
   А  совесть – сметена:
   Есть  Дума,  депутаты –
   Родзянкина  шпана!
   Россию  расписали
   По  выдумкам  былин -
   У  нас  почти  Версали,
   У  нас  уже  Берлин!
   Все  сели  в  колесницу –
   Трёх  первых  угадай!
   ...Народу  дай  землицу,
   Покой  деревне  дай!
   Но  где  благие  дали?
   Где  царские  умы?
   В  Столыпина  стреляли,
   Известно  всем,  не  мы,
   Не  мы  кичились  барством
   И  шашкой  на  ремне -
   Царь  с  новым  депутатством
   Вели  страну  к  войне!
   И  чаще  боль  катилась
   До  русского  села -
   Царя  благая  милость
   Россию  не  спасла!
   При  власти  падишахи
   И  комом  властный  блин –
   Сложил  стрельцов  на  плахи
   Лишь  Пётр,  как  Властелин!
   А  мы  жалели  пули –
   Быть  мирным  всякий  рад,
   И  царские  чистюли
   Проспали  Петроград!
   Был  выбор,  но  сиротский –
   Нельзя  лететь  вдогон,
   И  на  арене  Троцкий,
   И  ленинский  вагон!
   «Что  делать?» – Мы  не  знали,
   Ничто  нельзя  украсть –
   С  асфальта  подбирали
   Дерьмо,  возможно,  власть?
   Земля  и  звон  набата,
   И  крики  без  конца –
   И  брат  пошёл  на  брата,
   А  дети – на  отца!
   И  бойня  годы  длится –
   Мои  ли  семена?
   Я – просто  единица
   Партийного  звена!
   Не  прыгал  выше  планки –
   Мне  общая  скамья:
   Застенки  и  Лубянки -
   Затея  не  моя!
   Не  был  я  выше  правды –
   Что  нынче  толковать?
   Церковные  оклады
   Не  я  спешил  срывать!
   Была  иная  плаха,
   Что  гнула  люд  в  дугу –
   Я  смертью  Патриарха
   Похвастать  не  могу!
   На  то  чужая  мода,
   Что  Ленин  привечал,
   И  «опиум  народа!» -
   Не  я  в  пылу  кричал!
   Но  вышло  всё  дороже –
   Всяк  неуч  воспылал:
   В  угоду  я  попозже
   Священников  ссылал!
   Меня  за  стол  не  звали,
   Но  только  кто  не  клял?
   В  Ипатьевском  подвале
   Не  я  в  Царя  стрелял!
   Уж  вы  тут  извините –
   История  стара:
   Нашлись  в  партийной  свите
   Другие  мастера!
   ...Есть  ложь  и  просто  слухи,
   Есть  истина  из  тьмы -
   Отечество  к  разрухе
   Вели,  увы,  не  мы!
   Тут  мало  уговора –
   Силён  партийный  пласт –
   Я  знал,  что  эта  свора
   Отечество  продаст!
   Сдадут!  Не  дрогнет  веко -
   Успеешь  лишь  икнуть:
   Мой  путь  к  столу  Генсека –
   Неоднозначный  путь!
   И  в  том  не  надо  иска -
   Я  вовсе  не  король,
   Но  Ленина  записка
   Свою  сыграла  роль!
   Одно – поднять  бокалы,
   Другое – к  Трону  прыть,
   О,  грязные  шакалы
   Умеют  Русь  делить,
   Умеют  к  власти  рваться,
   Умеют  бить  сплеча –
   Не  смейте  зарекаться:
   Мы  все,  как  саранча!
   И  всяк  по  смыслу  барин
   С  наследием  Иуд –
   Зиновьев  и  Бухарин,
   И  Тухачевский - тут!
   А  действо  их  не  ново –
   С  утра  не  голодай:
   Боярина  ручного
   На  Троне  им  подай!
   Как  нагло  смотрят  в  спину –
   От  злости  пелена!
   ...Вела  Екатерину
   Такая  же  шпана!
   И  эти  помнят  что-то,
   Приветствуя  кивком,
   Они – моя  пехота
   С  гвардейским  запашком!
   Готовы  все  по  праву
   Занять  мой  кабинет,
   Но  строил  я  Державу –
   Былой  Державы  нет!
   От  выкриков  устали,
   Но  держит  власть  один –
   И  я,  товарищ  Сталин,
   Не  Бог,  но  Властелин!
   Не  мне  дано  картавить,
   Не  мне  мирской  покой –
   В  России  можно  править
   Лишь  властною  рукой!
   Тут  к  месту  стон  и  пули,
   И  плен  ремённых  пут –
   Партийные  чистюли
   Иного  не  поймут!
   Сметал  я  их  гордыни,
   И  часто – в  никуда:
   Учил  я  дисциплине,
   Нередко - без  суда,
   Нередко  череп  кроил
   И  рвал  петлю  удил –
   Но  я  Россию  строил,
   Я  бред  не  городил!
   Тяжёлая  дорога
   И  тонкая  струна –
   Невинных  очень  много
   Забрали  времена!
   Тут  выводы  не  новы –
   Не  двинуть  время  вспять:
   Да  мы  всегда  готовы
   Соратничка  распять!
   Всегда  в  достатке  бестий,
   Всегда  с  огнём  вода -
   Эпоха  образ  действий
   Диктует  нам  всегда!
   ...Мне  планы,  пятилетки
   И  мне  стальная  рать –
   Партийные  субретки
   Способны  только  жрать,
    Способны  дачки  ладить
   И  тешить  плоть  в  мотне,
   И  радостно  нагадить
   Любимой  стороне!
   Они – довольством  сыты,
   Им  Родина – тюрьма:
   Всё  те  же  прозелиты,
   В  Кремле  их  нынче – тьма!
   Моя  на  сердце  рана
   И  властный  номинал –
   Я  Грозного  Ивана
   Нередко  вспоминал!
   Царь  знал,  что  врёт  элита,
   И  к  совести  взывал,
   Боярство  не  добито -
   Его  я  добивал!
   Я  забивал  в  оковы
   И  гнал,  пока  темно –
   Ягоды  и  Ежовы –
   Опричное  звено!
   Они – мои  Малюты,
   Они – мой  сброд  и  брод:
   Гляди – не  видно  смуты
   И  сделан  шаг  вперёд!
   Они  мне  не  соврали,
   Но  плавились  в  огне,
   И  роль  свою  сыграли
   В  растерзанной  стране!
   Они  ломали  силу,
   Они  стирали  штрих –
   Я  вёл  одних  в  могилу,
   Спасая  всех  других!
   ...Кричи  в  припадке,  свора,
   Кати  безумный  вал,
   Что  боль  голодомора
   Я  лично  создавал!
   Не  врите!  Мы  не  дети –
   Звонят  колокола:
   Тогда  по  всей  Планете,
   Знай,  засуха  была!
   И  помни – были  споры –
   Не  крик  на  помеле:
   Старались  Косиоры
   В  украинском  селе,
   Хлеб  выгребли  до  нитки –
   «Да  был  бы  барин  сыт!»
   А  нынче  недобитки
   Кричат  про  геноцид!
   Читать  печально  акты –
   Кричи  об  этом,  хват:
   Я  выполнил  контракты,
   И  в  этом  виноват!
   Но  есть  иные  свитки,
   И  в  этом  главный  спор –
   Мы  строили  Магнитки,
   Кузнецк  и  Беломор!
   Проблем  немало  прочих -
   Важней  прокатный  стан:
   И  выбрал  я  рабочих,
   А  вовсе  не  крестьян!
   Все  стали  докторами,
   Все  нынче - «Ба-ла-ла!»
   Война  не  за  горами
   Великая  была!
   Утритесь,  скоморохи,
   Не  напрягайте  жил –
   На  жертвенник  эпохи
   Крестьян  я  положил!
   Но  всё  ж  расчистил  гору –
   В  анкету  посмотри:
   Всё  вспомнил  Косиору
   Годочка  через  три!
   ...Все  судьи,  но  без  Бога,
   Все  с  кровью  строят  гать –
   Факт  вырвать  из  былого,
   Как  времени  солгать!
   Дерьмо  под  каблуками –
   Бесовской  твари  сыть:
   В  Отечестве  веками
   Учились  доносить!
   И  паства  не  говела,
   А  век  точила  ось -
   Известно - «Слово–Дело!»
   В  России  родилось!
   Где  помесь  оглоеда -
   Не  надо  мудреца:
   «Клепали»  на  соседа,
   «Клепали»  на  отца!
   Понятно,  это  было
   Доходно  и  с  руки:
   Россия  не  забыла
   Былые  Соловки!
   ...Мой  счёт  в  партийной  кассе,
   И  бесполезен  спор -
   Священник  в  старой  рясе
   Мне  снится  до  сих  пор!
   В  любой  семье  приличной
   Есть  вызов  и  расстрел –
   За  выгодою  личной
   Я  что-то  просмотрел!
   И  в  том  моя  досада
   И  болей  череда –
   «Я  делал  так,  как  надо,
   А  вышло,  как  всегда!»
   Эпохи  ножевые –
   Прости  нас,  Боже  Свят!
   Простят  меня  живые?
   Возможно,  не  простят!

    Сталина  постоянно  беспокоило  моральное  состояние  всего  русского  народа.  Как  он поведёт  себя   в  случае  начала  войны?  Средства  массовой  информации  Сталин  старался  направлять  сам,  сообразуясь  с  обстоятельствами.  Лично  смотрел  те  кинофильмы,  которые  должны  были  выйти  на  массовый  экран.  По  его  инициативе  создавались  многие  кинофильмы,  которые  с  интересом  и  энтузиазмом  были  встречены   народом.  Сталин  бегло  перечислил  кинофильмы,  получившие  широкую  известность  среди  зрителей:  «Александр  Невский»,  «Если  завтра  война»,  «Пётр   Первый»,  «Мы  из  Кронштадта»,  «Чапаев»,  «Суворов».  Он  вспомнил,  как  сумел  защитить  от  разных  критиков  Булгакова.  Он  напомнил  им,  что  у  Булгакова,  автора  «Дни  Турбиных»,  следовало  бы  и  другим  поучиться.  А  критики  кто?  Сталин  по памяти  назвал  нескольких  человек – Киршон,  Пикель,  Лелевич,  Блюм,  Алперс,  Бачелис,  Пельше  и.т.д.  Откуда  эти  деятели?  Кто  им  дал  право  критиковать  и  шельмовать  русских  писателей  и  поэтов?  Это  они  травили  Есенина,  Маяковского,  Шолохова,  Булгакова,  заняв  все  хлебные  «литературные  места».  Откуда  эти  деятели?  На  кого  они  работают? Должен ли  як ним  относиться  безучастно?
     Совсем  недавно  Сталин  предложил  Довженко  сделать  фильм  о  Щорсе.  Многие  деятели  искусств  были  отмечены  и  орденами,  и  Сталинскими  премиями.  Персонально  были  премированы  автомобилями  Эйзенштейн,  братья  Васильевы,  Пудовкин,  Довженко,  Эрмлер,  Козинцев  и  другие.  Сталин  ревниво  относился  к  русской  поэзии,  сам  писал  в  далёкой  юности  стихи,  и  постоянно  интересовался  книгами  новых  поэтов.  Недавно  он  с  интересом  перелистал  небольшой  сборник    новых  стихов.  Особенно  понравились  строки  Павла  Когана,  Михаила  Кульчицкого  и  других  поэтов.  «Нет!  Эти  поэты  не  могут  врать!  Это  новое  поколение  людей,  это – поколение  поэтов-победителей,  поэтов-воинов!»  Сталин  перечитал  «Бригантину»  Павла Когана:

«Надоело  говорить  и  спорить,
И  любить  усталые  глаза…
В  флибустьерском  дальнем  море
Бригантина  подымает  паруса…!»

     Ему   особенно  нравился  в  «Бригантине»  следующий  куплет:

«Так  прощаемся  мы  с   серебристою,
Самою  заветною  мечтой,
Флибустьеры  и  авантюристы
По  крови  упругой  и  густой».

     «Это  возможно  и  про  меня  сказано.  Я  тоже  флибустьер  и  авантюрист  в  чём-то!» - так  подумал  Сталин.  Он  не  ошибся  во  многих  поэтах.  Они  первыми  и    добровольно  уйдут  на  фронты.  Многие  из  них  погибнут,  оставив  для  грядущих  поколений  прекрасные  стихи.  Погибнут  и  Павел  Коган,  и  Михаил Кульчицкий.  Из  стихотворения Михаила  Кульчицкого  Сталин  запомнил  слова – «Самое  страшное  в  мире – это  быть  успокоенным!»  А   из  Павла  Когана  Сталин  однажды  процитировал  строфу  в  присутствии  членов  Союза  писателей:

«Есть  в  наших  днях  такая  точность,
Что  мальчики  иных  веков,
Наверно,  будут  плакать  ночью
О  времени  большевиков!»

    Сталин  знал,  что  на  многих  поэтов  были  доносы.  Некоторые  из  них были  репрессированы.  «За  всем  не  уследишь!  Зависть  в  русском  сознании – поветрие  на  все  времена  и  эпохи!  От  зависти  избавиться  невозможно.  Вот  и  пишут доносы,  вот  и  критикуют,  был  бы  только  повод.  Таких  завистников  и  негодяев  в  Отечестве  считать  не  пересчитать.  Травили  же  Булгакова,  Есенина,  Шолохова.  Надо  что-то  менять.  Надо  укорачивать  языки  завистникам!» - так  думал  Сталин.  Но  его  на  всех  и  вся  не  хватало.  А  русское  новое  общество,  выращенное  на  насилии  и  диктатуре,  не  готово  было воспринимать  не  только  инакомыслие,  но  и  здравые  мысли,  видя  во  всём вражеский  умысел.  Так  это  было!
     Кроме  этого,  Сталин,  как  никто  другой  имел  представление  о  системе  политического  сыска  в  России,  когда  любой  подданный  под  страхом  смерти  должен  был  донести  об  известном  ему  умысле  против  государя  или  дел  государевых,  крикнув  при  этом – «Слово  и  Дело  Государево!» Пытали  доносителя,  пытали  оговорённого,  находя  таким  образом  истину.  Во  времена  Ягоды  и  Ежова  достаточно  было  доноса – доносителей  не  пытали,  пытали  оговорённых.  Вот  и  пополнялись  ряды  репрессированных.  Берия,  заняв  пост  Ежова  по  настоянию  Сталина,  начал  чинить   спрос  и  с  доносителей.  Доносы  тут  же  в  большей  массе  прекратились,  многие  оговорённые,  в  том  числе  и  священники,  были  выпущены  из  заключения  в  1939-1940  годах.  Наследие  доносительства  былов  крови  русского  народа,  нашёлся  бы  повод  для  этого.
      Почему  всё-таки  пик  репрессий  приходится  на  1937  и  начало  1938  года?  Смею  повториться.  Сталин  предложил  внести  в  Советскую  Конституцию  1936  года  статью,  определяющую  альтернативные  выборы  в  Верховный  Совет.  Ясно  было,  что  только  избранный  депутат  в  Верховный  Совет  на  альтернативной основе  мог  стать  партийным  руководителем  области,  края,  республики.  Ясно  было,  что  действующие  партийные  руководители  в  большей  массе  не  были  бы  избраны  на  альтернативной  основе.  Почувствовав  карьерную  опасность,  многие  партийные  руководители  и  они  же  члены  ЦК,  предложили  не  вносить  статью  об  альтернативных  выборах  в  Конституцию,  а  принять  с  этой  целью  отдельный закон.  Но  и  принятие закона они  тоже  саботировали.  Сталин  понял,  что  карьеристы,  умеющие  убивать  со  времён  Гражданской  войны,  но  не  умеющие  поднимать  промышленность  и  созидать  без  крови,  собрав  «критическую  массу»  членов  ЦК,  смогут  отстранить  и  его  от  должности  Генсека.  В  этих  условиях  он  согласился  не  принимать  Закон  об  альтернативных  выборах,  негласно  разрешив  создавать  на  местах  бессудные  «тройки»,  дабы, по мнению  карьеристов,  найти  и  осудить  всех  «врагов  народа».  Вот  и  началось!  Осудили  «врагов  народа»,  тем  самым  подписали  и  себе  смертный  приговор.  Многие  инициаторы  «троек»  были  расстреляны  и  заменены  на  местах  более  достойными  руководителями.  Новые  руководители  и  новые  члены  правительства  подготовили  страну  к  войне  и  спасли  Отечество  от  фашистского   нашествия.
      Сталин,  прекратив  репрессии  к  началу  1938  года,  вспомнил  по  случаю  строфу  из  стихотворения  Павла  Когана,  написанного  в  1937  году:

«О,  пафос  дней,  не  ведавших  причалов,
Когда  ещё,  не  выдумав  судьбы,
Мы  сами,  не  распутавшись  в  началах,
Вершили  скоротечные   суды!»

     Сталин,  не  имевший  отношения  к  созданию  Комсомола - Всесоюзного  Ленинского  Союза  Молодёжи  в  октябре  1918  года,  в  полной  мере  использовал  молодёжь  для  решения  государственных  задач.  В  1922  году  Комсомол  взял  шефство  над  Флотом.  В  старый  Морской  Корпус  пришли  юные  комсомольцы  с  непобедимой  жаждой  знаний  ко  всему  новому.  Их  новыми  воспитателями  и  преподавателями  стали  бывшие  царские  офицеры:  

А  время  всё  же  пишет  оды,
Форштевнем  режет  русский  плёс –
Пойти  желает  в  мореходы
Державной  выделки  матрос!
Ему,  считай,  открыты  двери –
Он  сам  в  обличье  кузнеца,
И  есть  заманчивость  в  карьере
Для  неокрепшего  юнца!
А  выбор  твой – не середина,
А  изначально  славный  путь –
Россия,  Флот!  Тут всё  едино –
Об  этом  в  спешке  не  забудь!
И  золотник,  не  просто  масса,
А  новой  жизни  колорит –
Картушка  старого  компаса
Не  просто  славою  горит,
Не  просто  в  качестве  опоры
Лежит  в  паркетной  тишине –
Она  ведёт  судьбу  на  створы
По  романтической  волне!
... Пока  набор  подобен  плашке –
Все,  как  один,  удивлены,
Во  всём  крестьянские  замашки,
Но  лица  светлые  видны!
Такими  пишутся  былины,
Колокола  такие  льют,
И  флотоводцы–исполины
Из  этой  поросли  встают!
Ведь  до  чего  сияют  взоры –
С  них  лик  сподручнее  писать,
Стоят  матросы  и  поморы,
Которых  надо  отесать!      
Не  благородные  манеры
Несут  глубинные  сыны,
Зато  в  сердцах  в  достатке  Веры
И  первородной  глубины,
Нет  шутовства  и  нет  юродства,
И  не  беда,  что  низок  сан,
Зато  хранится  благородство
На  лицах  истинных  славян!
Они  мудрее  и  добрее,
Они - заря  из  полутьмы,
Они  гораздо  здоровее
Да  и  восторженней,  чем  мы!
Живёт  для  истинного  счёта
И  в  них  родной  семейный  клан –
В  обычай  чёрная  работа,
И  сверхтерпение  селян!
«Из  этих  отроков  не  стройных,
Познавших  трудные  года,
Готовьте  шкиперов  достойных
Родному  Флоту,  господа!»

     Известно,  что  из  первых  наборов  в  Морской  Корпус  выйдут  будущие  командиры  соединений  и  флотоводцы.  Это  они  достойно  и  без  потерь  встретят  начало  войны.  Из  этой  плеяды  будущий  Нарком  ВМФ  Николай  Герасимович  Кузнецов.  В  октябре  1926  года  состоялся  первый  выпуск  лейтенантов.  Из  этого  выпуска  20  лейтенантов  стали  адмиралами.  Одним  из  будущих  адмиралов  был  и  Николай  Кузнецов,  блестяще  проявивший  себя  в  должности  старпома  «Червоной  Украины»  на   Черноморском  Флоте:      

Нас  не  ломай  через  колено –
Мы  не  становимся  умней,
Но  на  глазах  взрослеет  смена,
И  ты  судьбой  причастен  к  ней!
Она  упряма  и  пытлива,
Хотя  по  смыслу – детвора,
Но  по-крестьянски  терпелива,
И  по-отечески  мудра!
Поверь  высокому  моменту,
И   факт  случайный  подскажи,
Но  своему  эксперименту
По  праву  совести  служи!
А  удивляться  тут  не  ново,
Особо  тем,  кто  их  учил –
Комфлот  помора  Кузнецова
Не  зря  однажды  отличил!
Он  на  лету  хватает  звуки,
Он  ценит  правду  и  совет -
И  любит  трудные  науки
С  упрямством  юношеских  лет!
... Любые  проповеди – длинны,
И  отнимают  много  сил,
Старпом  «Червоной  Украины»
Себя  так  быстро  проявил!
Его  трудами  песни  спеты,
На  Флоте  он – не  на  балу,
Несут  партийные  газеты
Ему  с  восторгом  похвалу!
Понятно,  юность  правит  миром,
Расти,  как  витязь  молодой –
Он  самым  юным  командиром
Стал  под  советскою  звездой!
Прекрасно  время  в  повороте -
Успешно  плавится  руда,
Так  не  росли  на  Царском  Флоте –
Уж  вы  поверьте,  господа!
... Витали  мысли,  как  итоги,
И  в  том  обыденный  расчёт –
Хотя  иные  правят  боги,
Но  люд  российский  всё  же  тот!
Иди  вперёд  с  душевным  жаром,
И  говори  эпохе - «Да!»
Знать,  ставка  Сталиным  недаром
На  юных  сделана  тогда!
В  России  юность – это  Вера,
Она  любой  растопит  лёд,
А  командирская  карьера –
Не  только  слава  и  почёт,
А  гордость – новые  шевроны,
И  красоты  высокий  миг,
И  груз  времён – благие  тонны,
И  блеск  нашивок  золотых!
Ведь  юность  в  тяжести  не  стонет,
А  напрягает  парус–грот,
И,  коль  прикажут,  всё  исполнит,
И  за  Отечество  умрёт!

     Сталин  никак  не  мог  ожидать,  что  в  условиях  партийной  диктатуры,  голода,  холода,  коллективизации  и  репрессий  вырастет  поколение  победителей.  Это  они,  честные,  гордые,  готовые  к  самопожертвованию  прославят  жертвенными  и  бессмертными  подвигами  родное  Отечество – СССР.  Удивителен  русский  народ!  Всё  повторится  так,  как  было  при   нашествии  Наполеона.
      Великий  Советский  Союз  прощался  с  прошлым,  чтобы  встретить  Великую  Отечественную  Войну.  Так  было  в  предвоенные  годы:

Нам  новизну  придётся  видеть,
Но  слёзным  голосом  не  выть –
Она  способна  и  обидеть,
Она  способна  удивить,
И  примирить  благие  вкусы,
Озвучив  истину  не  ту –
Искусы,  Родина,  искусы
Нас  повергают  в  темноту!
Вот  и  плюём  в  свои  колодцы,
И  крутим  судьбы,  словно  жгут -
Сегодня  с  Богом  ратоборцы
Во  власть  советскую  идут!
Так  и  ломаем,  а  не  строим,
И  вековых  не  слышим  нот –
Сегодня  Троцкие  герои,
И  те,  кто  всех  сильнее  гнёт!
Порушен  Герб,  а  стяги  алы,
Несёмся  к  новому  греху -
Поём  Интернационалы,  
А  Марсельезы  на  слуху,
И  верим  выдумкам  и  планам,
И  проклинаем  царский  род –
И  не  с  молебном,  с  барабаном,
Идёт  Отечество  вперёд!
И  ничего,  что  выход  скотский,
Что  есть  расхристанный  пророк –
В  трибунах  нынче  Маяковский,
А  был  совсем  недавно  Блок!
Но  правды  нет  в  библейской  шутке:
Холуй – в  обыденность  холуй!
Живут  в  России  проститутки,
Храня  Иудин  поцелуй.
Они  моргнуть  способны  веком,
Восславить  свинский  опорос,
И  всяким  новым  «Кукарекам»
Лизнуть  пониже  грязный  торс!
... Воспой  восторженным  Демьяном,
Агитки  громко  прокричи –
Глядишь,  и  будешь  полупьяным,
И  подадут  тебе  харчи,
А  может,  выдадут  награду,
И  не  назначат  на  убой -
Воспой  нам  ленинскую  правду,
И  правду  Троцкого  воспой,
Разбейся  грудью  об  утёсы –
Зачем  тут  Горькому  мельчить?
…Уже   готовилась  доносы
Интеллигенция  строчить!
Ведь  пайка - дому  не  помеха,
А  кость  приятно  обглодать –
Друзей  писательского  цеха
Успей  надменнее  предать,
Умей  сказать  подлее  слово,
Умей  вести  бесчестный  суд –
Успешно  сдали  Гумилёва,
А  скоро  Зощенко  сдадут,
Потом  сосульками  растают –
«Ну,  до  чего  покойник  мил!»
И  над  «могилой»  возрыдают,
Хотя  и  не  было  могил!
А  ты  кричи  по  первопутку,
Что  точно  будем  жить  в  раю!
... В  интеллигенте  проститутку
Я  и  сегодня  узнаю!
Но  под  созвездием  окалин
Их  обозначен  номинал –
Им  цену  знал  товарищ  Сталин,
И цену  Троцкому он  знал!

     Сталин  предполагал,  что  его  завистники  и  прямые  недруги  будут  упрекать  в  любом  случае:  в  случае  неудачного  вторжения  фашистской  Германии,  и  в  случае  успешного  начала  войны.  Можно  упрекать  и  можно  судить  Сталина,  забывая,    с  чем  же  подошёл  Советский  Союз  к  1941  году.  Фактически  за  15  лет  до  начала  войны  состоялся  15  Съезд,  названный  Съездом  индустриализации.  На  этом  Съезде  были «поставлены»  задачи.  Именно – «поставлены»!  Но  ещё  не  начата  индустриализация! Первый  5-летний  План  народного  хозяйства  СССР  на  1929-1932  годы  был  утверждён  в  1929  году.  
     Может  быть,  Николай  Второй  оставил  в  наследство  Сталину  новые  танки,  самолёты,  автоматическое  оружие?  Сталину  достались  винтовки  Мосина,    несколько  старых  кораблей  постройки  до  1917  года  и  до  основания  порушенная  промышленность.  За  десять  лет  были  созданы  новые,  перспективные  образцы  вооружения – танки  «Т-34»  и  «КВ»,  подводные  лодки  типа  «Декабрист»,  прекрасные  самолёты,  знаменитая  «Катюша»,  автоматическое  оружие.  К несчастью,  оружия,  как  и  времени,  не  хватало.  Вспомните – Первая  мировая  война  началась  в  1914  году  именно  потому,  что  через  каких-то    2-3  года   Россия  заканчивала  программу  перевооружения.  И  Сталину  не  хватило  на  перевооружение  2-3  года.  Вот  почему  Гитлер  торопился  и  вероломно  напал  на  СССР  в  июне  1941  года.
     Не  было  к  1941  году  надёжных  средств  управления  войсками,  командный  состав  имел  малый  опыт  ведения  современного  боя  и  управления  войсками.  Был  некий  испанский  опыт,  был  горький  опыт  Советско-финской  войны  и  локальный  опыт  боёв  на  озере  Хасан  и  реке  Халхин-Гол.
     Репрессии  командного  состава?  Да,  они  были,  но  репрессии  не  являлись  определяющими  в  общей   системе  состояния  вооружённых  сил  СССР.   На  Гитлера  с  1939  года  уже  работала  часть  Европы.  И  ещё  один  факт,  о  котором  забывают  многие  историки,  говоря  о  фашистской  Германии.  После  поражения  Германии  в  1918  году  на  её  территории  не  было  Гражданской  войны,  не  было  колоссальных  потерь  населения  и  промышленности.
     То,  что  было  сделано  в  СССР  к  1941  году,  можно  обозначить  давним   изречением – «Небывалое –бывает!»  И  не  надо  свою  Великую  Страну  считать  дремучим  заповедником! Великая  страна  СССР  готовилась,  страна  собиралась,  страна  «сосредотачивалась»,  страна  строила  и  строилась.  
     Сталин,  разбираясь  с  репрессиями  и  чисткой  в  Армии,  пришёл  к  однозначному  выводу,  что  многие  офицеры  пострадали  не  по  своей  вине,  а  по  намеренному  умыслу  некоторых  карьеристов,  которые  путём  доносов  освобождали   себе  места  в  системе  Вооружённых  Сил.  Сталин  понимал,  что  унижение  русских  офицеров  Приказом  №1  «Петросовета»  от  1   марта  1917 года  стало  отправной  точкой  развала  русской  армии  и  последующего  прихода  большевиков  к  власти.  Тогда  у  офицеров  отобрали  не  только  оружие,  но и святая  святых – единоначалие.  Приказы  офицеров  обсуждались  солдатскими   массами  и,  как  правило,  не  выполнялись.  Готовясь  к   программному  выступлению  перед  выпускниками  академий  5  мая  1941  года,  Сталин  обратился  к  недавнему  позорному  поражению  Франции  в  мае-июне  1940  года:  «Почему  французы  ничего  не  учли  из  войны  1914-1918  годов?  У  французов  закружилась  голова  от  побед,  от  самодовольства.  Об  армии  не  было  заботы.  Ей  не  было  моральной  поддержки.  Появилась  новая  мораль,  разлагающая  армию.  К  военным  относились  пренебрежительно.  На  командиров  стали  смотреть,  как  на  неудачников,  как  на  последних  людей,  которые  не  имели  фабрик,  магазинов,  банков,  заводов,  которые  были  вынуждены  идти  в  армию.  За  военных  даже  многие  девушки  не  желали  выходить  замуж.
     Только  при  таком  пренебрежительном  отношении   к  армии  случилось  то,  что  случилось  во  Франции.  Армия  должна  пользоваться  исключительной  заботой  и  любовью  народа  и  правительства.  Армию  нужно  лелеять,  армию  необходимо  готовить  политически».
     Сталин  вспомнил  негативное  отношение  к  морским  офицерам  после  Цусимы,  когда  многие  достойные  офицеры  стали  покидать  флот,  принимая  позор  поражения  на  себя:

  
Не  все  на  флоте  виноваты –
И  ты  с  виновного  спроси,
Пришёл,  как  видно,  час  расплаты
На  обездоленной  Руси!
Не  видно  благостного  взора,
Печально  с  кровушкой  вино,
Итог  же  русского  позора -
Не  тяжкий  день  Бородино!
Сегодня  плеть – родная  мера,
А  из  обид - глухая  гать:
Легко  морского  офицера
На  Невском  могут  обругать,
И  натянуть  с  позором  стропы,
Направив  стрелами  слова –
«Смотри,  гуляют  самотопы,
Им  всё  в  России  трын–трава!»
Понятно  стало  и  ребёнку –
Кто  упрекнул,  тот  угадал,
Чеши  под  общую  гребёнку
Всех,  кто  сдавался,  кто  не  сдал!
Россия!  К  месту  ли  судачить,
И  в  разномыслии  корить?
Героя  можно  обозначить,
Не  просто  подвиг  повторить!
Идёт,  как  видно,  не  от  Бога
Наш  самобытный  судный  счёт –
Пророков  много,  судей  много,
А  моряков – наперечёт!
Понятно,  тут  не  до  карьеры,
Упрёк,  как  факт – не  ерунда,
Гляди – уходят  офицеры,
Уходят  с  Флота  навсегда!
К  чему  монаршие  гостинцы?
Бери  случайную  блесну –
В  Кадетский  Корпус  разночинцы
Идут,  встречая  новизну!
Тут  иноверцы,  словно  пташки,
Тут  и  времён  наносный  тлен –
В  стенах  сермяжные  замашки
Гуляют  с  дымкой  перемен!
Но  что-то  сделано  во  благо –
С  расчётом  русским  и  не  вдруг –
Героев  гордого  «Варяга»  
Встречал  умытый  Петербург!
Оркестры,  вымпелы,  букеты –
Успейте  истину  прочесть:
Их  подвиг  славили  газеты
И  воздавали  громко  Честь,
Снимались  сливочки  и  пенки,
Одну  глодали  в  спешке  кость -
«Варягу»  ж  разные  оценки
Услышать  многим  довелось!
Но  правда  ждёт  не  в  хороводах,
Не  там,  где  властвует  казна -
Восславит  мёртвых  «Спас–на–Водах»,
Собрав  за  подвиг  имена!
Привыкла  русская  короста
Ямщицким  вымыслом  блистать –
Что  ж,  упрекать  Героев  просто,
Но  и  прохвостом  просто  стать!
Вместились  грешные  идеи,
Вплелись  в  родные  вензеля,
Но  громких  слов  прелюбодеи
Не  ходят  в  дальние  моря!

     Итогом  долгих  раздумий  Сталина  стало  возвращение  в  строй  многих  уволенных  и  репрессированных  офицеров.  В  их  числе  был  и  Константин  Рокоссовский.  Дальнейшие  события  показали  правильность  этого  решения  Сталина.  Рокоссовский  блестяще  проявил  себя  в  ходе  Великой  Войны.
     На  приёме  Кремле  в  честь  выпускников  академий  5  мая  1941  гоода  в  19.00 Сталин  сказал  в  своём  третьем  тосте:  «Главная  угроза  идёт  сегодня  от  Германии.  Спасти  Родину  мы  можем  лишь  победой  в  войне  над  Германией.  Поэтому  я  предлагаю  выпить  за  войну,  за  наступление  в  войне,  за  нашу  победу  в  войне.  Да  здравствует  активная  наступательная  политика  Советского  Государства».  
     Текст  этого  тоста,  произнесённого  Сталиным  в  Кремле,  естественно,  не  был  нигде  опубликован.  Когда  один  из  участников  приёма  в  Кремле  прибыл  в  часть  и  выступил  перед  личным  составом,  используя  в  выступлении  слова  Сталина,  сказанные  в  тот  вечер,  его  тут  же  вызвали  в  особый  отдел.  Начались  допросы.  Участника  встречи  в  Кремле  обвинили  в  распространении  слухов  о  возможной  войне  с  Германией.  Говорят,  доклад  об  этом  случае  дошёл  до  Сталина.  Сталин  дал  устное  указание – «Не  трогайте  этого  офицера,  всё,  что  он  повторил – это  мои  слова».  Такова  была  сложная  и  неоднозначная  обстановка  накануне  войны.
     Как  же  это  Советская  Власть,  которую  либеральные  прохвосты  поливают  грязью,  а  советских  людей  называют  «совками»,  сумела  подготовить  страну  и  советских  людей  к  величайшей  битве  народов  в  новейшей  истории?  Эти  прохвосты  на  этот,главный  вопрос  не  отвечают  или  всё   сводят  к  репрессиям  и  т.н.  заградотрядам,всё  сводят  к  неготовности  страны  к  войне.
     На  выдумки  и  обвинения  хотелось  бы  ответить  так:

Был  Сталин  вождь,  а  не  начётчик,
Он  размечал  любой  ранжир –
Его  танкист,  подводник,  лётчик,
Его - надводный  командир!
И  все - Созвездие  Обновы,
На  них – истории  печать,
Они  за  Сталина  готовы
Не  только  лозунги  кричать!
А  Сталин  сам  и  шил,  и  кроил,
И  всех  по-своему  рядил,
Свою  эпоху  грозно  строил,
Как  Горбачёв – не  городил!
Не  поддавался  вкусам  моды,
И  заглушал  свободный  глас –
Все  европейские  свободы
В  то  время  были  не  для  нас!
Заставы  в  камне  и  окопы,
А  рядом – огненный  редут,
Да  эти  жалкие  Европы
Перед  фашистом  упадут!
И  европейское  раздолье
Придавит  мерзкая  скала –
И  только  сталинская  воля
От  них  погибель  отвела!
... Играет  дурень  на  тамтаме,
Пророчит  шут,  ворует  тать –
Нельзя  прозревшими  кротами
Свою  историю  верстать!
Не  выкрик  будит  наши  души,
Но  убивает  глупость  плоть!
... А  тот,  кто  Сталина  осудит,
Так  это  будет  сам  Господь!

     Просто  судить  и  осуждать,  «видя  бой  со  стороны».  Не  было  простых  не  только  лет,  но  и  простых  дней.  Многие  решения  принимались  при  отсутствии  полной  информации,  многие  решения  принимались  с  ошибками.  Не  было  в  мире  ещё  Социалистического  Государства,  не  было  опыта  управления  таким  сложным  социальным  организмом.  Но  новое  государство – СССР – последовательно,  умно  и решительно  готовилось  к  защите  своих  завоеваний.  И  кто  бы  смог лучше   подготовить  государство к  величайшим  испытаниям?  Эту  главу  хотелось  бы  закончить  словами  поэта  Павла  Когана,  которые  говорят  о  сложности  того  времени:

  «Мы  сами  не  заметили,  как  сразу
  Сукном  армейским  начинался  год,
  Как  на лету  обугливалась  фраза  
  И  чёрствая  романтика  работ…
  О, пафос  дней, не ведавших  причалов,
  Когда, ещё не выдумав судьбы,
  Мы  сами, не распутавшись в началах,
  Вершили  скоротечные  суды!»

© Copyright: Николай Гульнев
Перейти на страницу автора

Версия для печати
 
Жанр произведения: Лирика гражданская
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 11
Дата публикации: 05.10.18 в 10:27
 
 
Рецензии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.Нет ни одного комментария для этого произведения.
 
   
   
© 2009-2018 Stihiya.org. Все права защищены.
Гражданско-поэтический портал.
Rambler's Top100